Дорогие пользователи и гости сайта. Нам очень нужны переводчики, редакторы и сверщики. Мы ждем именно тебя!
Добро пожаловать, Гость
Логин: Пароль: Запомнить меня
  • Страница:
  • 1
  • 2

ТЕМА: Кэрри Вон - Китти едет в Вашингтон

Кэрри Вон - Китти едет в Вашингтон 15 Июль 2018 12:27 #21

  • So-chan
  • So-chan аватар
  • Не в сети
  • Переводчик, Редактор
  • Сообщений: 2122
  • Спасибо получено: 4219
  • Репутация: 129

Сотрудники комитета наконец-то включили меня в повестку дня. Я страдала от ожидания и грызла ногти от беспокойства. Мне просто хотелось покончить с этим.
Мы с Беном шли по коридору в зал заседаний. Примерно в пятидесяти футах до нужной двери я положила руку на его плечо и остановила.
Я узнала силуэт мужчины, прислонившегося к стене у двери. Заметила бы его в любом случае. Он был здесь не к месту в своём вальяжном облике, привычным для Среднего Запада: чёрная футболка, потёртые джинсы, байкерские ботинки — резко контрастирующие с деловой модой Восточного побережья, которая преобладала в столице. На руке висела кожаная куртка. А охрана здания разрешила ему оставить при себе поясную кобуру — с револьвером внутри.
Я точно знала, кого увижу, когда мужчина повернулся к нам лицом. Шатен в районе тридцати с подстриженными усами и насупленными бровями. В минуту удивления хмурость меняла самодовольная ухмылка, как сейчас. Кормак.
Кто-то пустил Кормака в сенат с пистолетом. Что с охраной? Как он прошёл мимо них? Меня накрыла слепая паника. Я обернулась к ближайшему выходу позади себя — добежать успею.
Доля секунды на размышление напомнила мне, что в последний раз я видела Кормака, когда чуть не пригласила его в свою квартиру на ночь. Может быть, паника не совсем вызвана страхом, я просто хочу избежать лишнего смятения.
— Какого чёрта? — пробормотал Бен, увидев, на кого я уставилась.
Кормак отошёл от стены, скрестил руки на груди и перекрыл нам коридор. Бен повторил его позу, скрестив руки на груди и нацепив кривую усмешку. Бен был на пару дюймов ниже и чуть худее этого наёмного убийцы, но в точности повторил его позу и выражение лица.
— Какого чёрта ты здесь делаешь? — спросил у него Кормак.
— Представляю интересы своего клиента, — ответил Бен, небрежно пожав плечами.
Самое странное то, что именно Кормак познакомил меня с Беном. По большому счёту, благодаря Бену Кормак не сел в тюрьму. Никто из них не сказал бы, что Кормак должен сидеть за решёткой.
— Что ты здесь делаешь? — вмешалась я.
Его глаза заблестели, словно сложившаяся ситуация его искренне забавляла.
— Комитет захотел, чтобы под рукой был опытный специалист на случай, если ситуация выйдет из-под контроля. Мне позвонил Дюк и нанял в качестве дополнительного охранника. Здорово, а?
Всю эту неделю здание тщательно охраняли. Зная Дюка и его паранойю, все были вооружены серебряными пулями. «Специальные» методы, чтобы убить сверхъестественное создание, вот только от кола в сердце и серебряной пули отдаст концы и обычный человек.
Возможно, я ошибаюсь. Может, в работе здешней охраны ничего не поменялось. Чем вооружать секьюрити серебряными пулями, на случай, если вызванный для свидетельства оборотень взбесится, не лучше ли позвать эксперта? Кормак — профессионал, как он с гордостью о себе отзывается. Он, охотник за головами/наёмный убийца, специализируется на оборотнях, но ради забавы как-то расправился с парочкой вампиров. У нас были свои стычки в прошлом. Мы даже помогли друг другу пару раз, когда я отговорила его от попытки убить меня. Этот мужик пугал меня до смерти. А теперь он стоял здесь с пушкой и смотрел на меня, словно сезон охоты только что был объявлен открытым.
Похоже, паранойя Дюка была безгранична.
— Ты же не будешь в меня стрелять?
Я сделала огромные щенячьи глазки. После всего, через что мы прошли, мне хотелось верить, что он не без особого энтузиазма пересек полстраны ради шанса убить меня.
Он закатил глаза.
— Норвиль, если бы я действительно думал, что ты собираешься выйти из-под контроля, я бы не взялся за работу. Я видел тебя в действии, ты в порядке.
Я посмотрела на Бена в поисках хоть какого-нибудь знака. Его кривая усмешка ни на каплю не изменилась.
— Нет, я не собираюсь в тебя стрелять, — фыркнул Кормак. — Если только ты не слетишь с катушек.
— Если застрелишь моего клиента, я подам на тебя в суд, — сказал Бен, но с улыбкой, словно это была шутка.
— Да? Серьёзно? — слегка обиженно среагировал на это Кормак.
Может ли Бен одновременно подать в суд на Кормака за моё убийство и одновременно спасать его от уголовной ответственности за это преступление?
Меня со всех сторон обвели.
На повестке дня также были фольклористы из Принстона, которые сообщили, что явления, приписываемые первобытным обществам как сверхъестественные, имеют в своей основе легко объяснимое естественное объяснение. Когда наступило время для вопросов, я была почти рада, что Дюк затравил их так же сильно, как Флемминга. Похоже, сенатор был готов мучить всех. Он загнал Флемминга в угол вопросом о вампирах. Фольклористов — Библией.
— Так вы утверждаете, что Священное Писание, на котором дают присягу десятки миллионов людей в этой стране, не более чем сборник фольклорных и бабушкиных сказок? При всём уважении, но мои избиратели с вами бы в корне не согласились.
Учёным было просто нечего противопоставить этому аргументу.
Дюк подозвал одного из сотрудников комитета и поговорил с ним несколько минут. Потом ушёл. Оставшиеся сенаторы посовещались, по залу пошёл ропот.
Сенатор Хендерсон объявил перерыв на один день. Меня, в конце концов, так и не вызвали.
Ожидание порождает самый худший вид тревоги. Не имело значения, как сильно я нервничала перед шоу, как волновалась, что гость не придёт или что я получу звонок, с которым не смогу справиться или что представлю тему, которая выйдет из-под контроля, как только шоу начиналось, страх исчезал. Беспокойство появляется только тогда, когда я сижу и ничего не делаю, выдумывая страшные ситуации со всем, что могло пойти не так.
Чем дольше я сидела на слушаниях без дела, тем сильнее нервничала. К тому времени, как меня вызовут, я буду трястись как осиновый лист.
Кормак стоял поодаль, прислонившись к двери, чтобы видеть всю комнату. Когда члены комиссии покинули зал, и толпа хлынула на выход, он подошёл к нашему ряду и присел рядом с Беном.
— И так каждый раз?
Бен скрестил руки на груди и откинулся на спинку стула.
— Нет. До сегодняшнего дела они вели себя совершенно по-деловому. Может, потеряли интерес.
Я надулась.
— Мало ли что, они всё равно должны были дать мне высказаться. Я приехала сюда, просидела здесь три дня — может, мне вообще не дадут говорить?
— Теоретически, они могут сделать всё, что угодно, — ответил на это Бен.
Наглядный пример: один из помощников сенатора Дюка, молодой человек, неловкий и зажатый в деловом костюме, спустился к нам по проходу. Я догадалась, что он помощник Дюка, так как сенатор вернулся в зал и внимательно наблюдал за нами со стороны скамей. Помощник едва скользнул взглядом по мне и Бену и наклонился прошептать Кормаку:
— Сенатор хотел бы с вами поговорить, если не возражаете.
Он стал ждать, словно хотел в ту же секунду сопроводить охотника за головами к своему шефу.
Кормак нарочито медленно поднялся со стула, словно никуда не спешил, и пошёл за помощником на встречу с Дюком. Причина вызова стала понятна сразу. Дюку даже не понадобился микрофон, чтобы его услышали.
— Вы не говорили, что дружите с ней!
Если Кормак и ответил, то приглушённо, и я его не расслышала.
— Вам знакомо понятие конфликт интересов?
Он, видимо, не очень хорошо знал Кормака. Даже я знала ответ на этот вопрос.
— Вы уволены! Вон с охраны! Немедленно покиньте помещение!
С невозмутимым видом, который продемонстрировал, поднимаясь к скамьям, Кормак вернулся к нам, нацепив кривую усмешку.
— Подай в суд на парня за попытку срубить бабло.
— А мы можем? Подать в суд? Он нарушил условия договора?
— Нет, — ответил Кормак, качая головой. — Я взял неполный гонорар.
Бен замешкался и ответил:
— Неполный гонорар. Смешно.
— Нет, — вмешалась я. — Совсем не смешно.
Жаль, что оба усмехнулись. Я многострадально вздохнула.
— Ладно. Лучше давайте на выход, — сказал Бен.
Флемминг ушёл прямо перед нами. Он засунул портфель под мышку, пригнул головой, и стремительным шагом вышел из комнаты, словно куда-то опаздывал. Он посмотрел на нас, проходя мимо, и мы все проводили его взглядом.
— Кто этот парень? — кивнул в его сторону Кормак.
— Доктор Пол Флемминг, — ответила я. — Возглавляет Центр по изучению параестественной биологии. Первые два дня комитет только его и допрашивал.
— Он порядочный человек?
— Не в последнюю очередь. Я пошла этим утром в его кабинет, он как раз измельчал в шрёдере стопку документов. Просто попробуй получить от него чёткий ответ.
— Я привык работать втихую. Меня бесит, что он меня заметил. Похоже он наш типаж.
Бен кивнул в знак согласия.
— Я хочу выяснить, что он скрывает, — заявила я.
Кормак задумчиво поджал губы.
— Ты действительно хочешь это выяснить? Можем попробовать.
— Как? Я пыталась поговорить с ним, даже провела с ним выпуск шоу.
— Я собрал на него всё, что мог: воинский учёт, академическую справку. У него везде этот научный лоск. Трещит языком, сыплет громкими словами, но никогда ничего толком не говорит.
— Мы могли бы проникнуть в его кабинет.
Я цыкнула на Кормака.
— Ты в своём уме?
Говорить такое в правительственном здании. Я огляделась по сторонам, но кажется нас никто не услышал.
— Ты же знаешь, что я это могу. Тем более, похоже, что следующие пару дней мне нечем заняться.
Он мог бы это сделать. Я не знаю, где он научился таким вещам, как взлом радиостанций и правительственных зданий, но он мог.
За пару часов взлома и проникновения, Кормак может разузнать больше, чем я за месяцы упрашивания. Он усмехнулся, потому что мои сомнения полностью подтверждали, что ему нужно претворить свой план в жизнь.
— Официально, я этого не слышал, — сказал Бен. — Неофициально, обязательно надень перчатки.
Кормак фыркнул.
— Кажется, меня только что оскорбили.
— Простое предупреждение. — Бен протиснулся мимо нас к двери. — Развлекайтесь, ребятки.
Кормак повернулся ко мне.
— Где офис этого парня?
— Бетесда. Клинический центр Магнусон, подвальный этаж.
— Появись там в районе четырёх. Зайди внутрь, я буду наблюдать за тобой.
— В четыре утра?
— В четыре дня.
— Ты хочешь проникнуть в офис средь бела дня?
— Ты мне веришь или нет?
Если он действительно хотел меня застрелить, у него было полдюжины шансов. Но я всё ещё не могла ответить на этот вопрос. Я проглотила ком в горле.
— Мне действительно надо присутствовать?
— Ты единственная знаешь, что хочешь найти.
Бен сказал мне однажды, что Кормак не борец за добро и справедливость. Он охотник на оборотней не потому, что ненавидит их всех или испытывает религиозную неприязнь, как Дюк. Скорее, ему нравится проверять, как близко он может подойти к краю и не упасть. Он не испытывает ни малейшей лояльности к власти, заказчикам или кому-то ещё.
Кормак сообразил этот план просто, чтобы проверить себя на слабо. Для него это вызов.
— Ладно. В четыре часа.
Я вздохнула, надеясь успокоить сумасшедше бьющееся сердце.
— Не забудь захватить перчатки, — сказал он на прощание и ушёл.


Это была очень плохая идея. Я это нутром чуяла. И в лучшие времена в здания правительства не вламываются, а у нас не лучшие времена. Но если бы я не появилась, Кормак мог проникнуть в кабинет Флемминга без меня, и, если найдёт что-нибудь компрометирующее, то назло ничего не скажет.
Пришлось ехать.
Я выехала на машине с подъездной аллеи за углом и наткнулась на Луи. Он небрежно облокотился о кованый забор, который отделял дом Алетты от дороги. По его виду, он словно просто прогуливался и остановился насладиться нежным солнышком. Я подъехала к обочине перед ним, припарковалась и вышла из машины.
Он просиял, завидев меня. Улыбка растянулась до ушей, глаза сияли. У меня затрепетали бабочки в животе.
— Тебя сложно отследить, — пылко произнёс он. — Я надеялся поймать тебя у сената, но ты уже убежала.
Я поморщилась в знак извинения. Мне была ненавистна мысль, что он бегал по всему городу в поисках меня — но опять же это очень лестно.
— Я же дала тебе свой номер? Ты мог позвонить.
Он пожал плечами.
— Выслеживать веселее.
Говорит как настоящий хищник. Он пошёл на меня, словно собирался прижать к машине. Часть меня хотела уклониться, чуть дольше продлить погоню. Но я позволила ему положить руки мне на бёдра и наклониться поцеловать. Я сжала его руки и притянула к себе.
Я оглянулась через плечо на окна дома Алетты, надеясь, что за нами никто не наблюдает.
В перерыве между поцелуем я сказала:
— Тебя здесь быть не должно.
Он проследил мой взгляд до здания.
— Я их не боюсь. Ещё слишком рано пригласить тебя на ужин?
— Я бы с удовольствием. Но… — Мне хотелось драть волосы у себя на голове. Не могу поверить, что собираюсь отшить Луи, чтобы поиграть в «Миссию невыполнима» с Кормаком. — Но не могу. У меня назначена встреча, и я не могу её пропустить.
— По шоу?
— Да, типа того.
Это не откровенная ложь. В конце концов большинство моих дел заканчивались на шоу. Но Луи бросил на меня косой взгляд, словно знал, что я озвучила не всю правду. Наверное, он учуял ложь или почувствовал нервное подёргивание в теле.
— Полнолуние всего через пару дней. Ты придумала, где его проведёшь?
Я помнила про полнолуние. Про такое я забыть не могла.
— Нет. Обычно я заранее разведываю место для бега, но в этот раз мне не хватило времени.
— Давай со мной. В часе езды от города есть парк, туда несколько наших ездят. Там безопасно.
Полнолуние с друзьями. Давненько мне никто не прикрывал мою спину.
— Было бы отлично. Спасибо.
Он поднёс мою ладонь к губам и поцеловал.
— Тогда свидание назначено.
Когда ликантропы говорят друг другу: «побегай со мной» — это определено эвфемизм. Уж я-то на это надеюсь.
— Тогда я должен отпустить тебя на встречу.
— Да.
— Пока снова тебя не поймаю.
Он коснулся моей щеки, поцеловал в уголок губ и задержался на мгновение, словно желая испить моего дыхания, а потом отстранился. Он сделал шаг назад, улыбаясь, и я приложила всю силу воли, чтобы загипнотизированно не последовать за ним, шаг за шагом.
Он повернулся и пошёл дальше по улице, засунув руки в карманы брюк.
Где пропадали все эти соблазнительные бразильские мачо, когда у меня в руках была куча времени?
Я взяла бейджик посетителя, дошла до здания клинического центра и сделала вид, что снова направляюсь в кабинет Флеминга: по коридору, за угол к лифтам. А вот что делать дальше, я понятия не имела. Кормак сказал, что будет следить за мной.
Легко ему говорить о проникновении в правительственные здания. Ему по приезду в город не приставили людей в чёрном. Его не мучали параноидальные бредни о том, что коридор в здании сената прослушивается, так что шкафы-телохранители с поста охраны слышали все наши планы и ждут, когда мы сделаем первый шаг, чтобы поймать нас с поличным.
Я прижалась к стене, оглядываясь вокруг с выпученными глазами, проверяя, не следит ли за мной кто.
Я учуяла Кормака — лёгкий одеколон и слабый след оружейного масла, который никогда его не покидал — прямо перед тем, как он вышел из-за угла и схватил меня за руку. Я всё равно ахнула и была вынуждена проглотить момент паники. Это не опасность, я не в опасности. Он положил руку мне на спину и повёл вперёд. Мы пошли дальше по коридору, бок о бок, словно здесь работали. На этот раз Кормак оставил оружие дома.
Мы остановились у лифтов. Кормак нажал на кнопку. Без перчаток, как я заметила. Может, он надет их позже.
Я наклонилась к нему и прошептала:
— Вынуждена спросить, но ты не беспокоишься, что нас могли подслушать? Вдруг ФБР или ещё кто-то знает, что мы здесь и следит за нами? Мы же строили планы прямо в сенате. Они могли прочесть по нашим губам на камерах.
Я оглянулась через плечо. Сначала через одно, потом через второе.
— Норвиль, ты должна понять, что правительство — это огромная бюрократическая машина, и большую часть времени левая рука не ведает, что творит правая. Чудо, что у них вообще что-то выходит. Никто не обращает на нас внимания. Но начнут, если ты продолжишь вести себя так, словно что-то замышляешь. Перестань оглядываться.
Мы не были похожи на сотрудников центра. Кормак в джинсах и футболке, я – в слаксах и трикотажном топе каплю лучше. Но Кормак вёл себя естественно, а это главное. Не привлекай внимание, не тратить слишком много времени на поиски, словно не помнишь куда идти, и точной знай, куда двигаешься.
Приехал лифт, и мы вошли в кабину, пропустив на выход пару в белых халатах, женщина держала в руках букет цветов. Она была одета примерно как я. Кормак прав. Никто не обращает на нас внимания.
Он нажал кнопку подвала, словно у нас была назначена встреча с Флеммингом. Когда дверцы открылись, выпуская нас в коридор, мой желудок сделал сальто.
— Мы же не можем просто войти к нему в кабинет, — прошептала я, надеясь, что голос не выдаст паники. — А если он там?
— Его там нет. Я отправил его искать ветра в поле.
— Ты что?
Он свысока посмотрел на меня и сделал такой многострадальный взгляд, что я почувствовала себя надоедливой младшей сестрой.
— Я позвонил ему с таксофона, сказал, что знаю его по армии, и у меня есть информация по его исследованиям, но я должен переговорить с ним лично. Сказал, что я во Фредерике. — Он растянул губы в кривую усмешку. — Его не будет пару часов.
Фредерик, штат Мэриленд. Тридцать пять миль отсюда. Достаточно близко, чтобы Флемминг решил, что стоит проверить след, но достаточно далеко, чтобы занять его на пару часов. Флемминг уехал на весь день, если только клюнул на приманку. Учитывая, что он ещё больший параноик, чем я, я допускала, что он клюнул.
Это весело. Начинаю думать, что Кормак проворачивал такое раньше. Уверена, что он частенько так делал.
Теперь Кормак надел перчатки из тонкой чёрной кожи. Я последовала его примеру, хотя мои были дешёвой вязанки, которые я взяла из машины. Не такие крутые, как его. Как только мы дошли до кабинета Флемминга, Кормак достал что-то из кармана: ключ-карту.
— Где ты её взял? — зашипела я.
— У уборщицы. Не волнуйся, я верну.
Бог. Ты. Мой.
Щёлкнул замок, дверь открылась.
Я проследовала за Кормаком в кабинет. Он плавно закрыл дверь за мной.
В кабинете было темно. Кормак даже не дёрнулся включить свет. Рассеянного света через матовое окно в двери нам было достаточно. Глаза быстро привыкли к темноте. Быстрее, чем у Кормака. Я уже пошла к уничтожителю бумаги в углу, пока он всё ещё щурился.
Корзина под шрёдером оказалась пуста. У соседней стойки тоже. Все документы пропали. Само собой, он ведь всё утро их уничтожал.
Я начала обходить оставшиеся стопки документов, нагромождённых вокруг стола и книжных полок. Медицинские журналы, опубликованные статьи, ксерокопии статей, диссертаций и тому подобное. Некоторые из них я сама читала. На первый взгляд, ничто из этого не проливало свет на исследования Флемминга. Это всё справочная и вспомогательная документация. Хлеб, а не мясо в середине сэндвича.
Кормак подошёл к столу и включил компьютеры. После загрузки экраны ожили, и он покачал головой.
— Защищено паролем. Хакерство — не мой конёк.
Нет, он из парней со стыренным ключом и револьвером 45-го калибра.
Я не была готова к серьёзным поискам. Я ошибочно предположила, что во всём этом бардаке я запросто отыщу нужные мне улики, даже после того, как Флемминг уничтожил документы. Я просмотрела книжные полки, надеясь на искру вдохновения. Меня позабавило соседство справочников по физиологии с энциклопедиями по фольклору.
Я вздохнула, на грани поражения.
— Давай посмотрим, сможем ли мы попасть в соседнюю комнату.
На второй дверь тоже была вставка с матовым стеклом, в комнате было темно. Я ничего не смогла разглядеть сквозь стекло. Кормак достал надёжную украденную ключ-карту, провёл через считывающее устройство и разблокировал дверь. Та открылась. Он выпрямился и жестом пригласил меня внутрь.
— После вас.
Я словно вошла в древнеегипетскую усыпальницу. В комнате было так тихо, кровь стучала в ушах, а ещё было холодно, словно в каменной гробнице. Я достаточно хорошо видела в темноте. Линолеум на полу и всё те же стены шкафов. Лабораторные стенды, раковины и смесители, а также тихо гудящий огромный металлический холодильник. Кроме того, у Флемминга здесь хранилась неплохая коллекция медицинского оборудования, которое ожидаешь найти в лаборатории: штативы для пробирок, химические стаканы, горелки и непонятные настольные приборы, подключённые к стенам. Может это генераторы, автоклавы, которые видишь в медицинских сериалах по телевизору или в кабинете стоматолога. Опять же, это место больше создавало атмосферу лаборатории в биологическом колледже, чем секретного правительственного исследовательского центра.
Дальняя стена была сделана из стекла, возможно даже, из оргстекла. За ним была ещё одна комната, разделённая перегородкой на две части. Я подошла. В обеих частях комнаты была кровать, умывальник и простой туалет в углу. В оргстекле врезана дверь, с ручкой только снаружи. В дверях проделаны узкие щели, через которые подопытным могли передавать разные вещи. К примеру, подносы с едой. Это были камеры.
Кормак тихо встал рядом со мной.
— Пиздец.
Именно.
— Чувствуешь запах чеснока?
Одна из дверей камеры была открыта. Я не ошиблась; внутри запах чеснока стал сильнее. И не чтобы кто-то посыпал себе чесночка в стряпню или где-то оставил головку. Запах шёл отовсюду. Я подошла к стене, коснулась её и принюхалась.
— Он в краске? Они добавили чеснок в краску?
— Посмотри на эту, но не заходи, — сказал Кормак из соседней камеры. Он посветил фонариком на стену, и она заблестела. Засверкала, точно серебро — в краску добавили крошечные стружки серебра. Я держалась на расстоянии.
Две камеры. Одна для вампира, вторая — для оборотня, спроектированные так, чтобы держать каждого под контролем за счёт свойственной виду аллергии. По виду комнаты давно пустовали.
Простыни свежие, немятые. Они никем не пахли.
— Похоже на прикладные исследования, — сказал Кормак.
Принудительные тесты над подопытными, так это выглядело. У меня заболел живот.
Кормак вышел из камеры.
— Ты достаточно насмотрелась?
— Погоди минуту.
Я ещё раз осмотрела камеру. Похоже большую часть документов перенесли в кабинет и измельчили в шрёдере. Здесь ничего нет, кроме пустых столов и недействующей техники.
Со стороны серебряной камеры на гвозде висел планшет. Похоже его использовали, чтобы вручную вести медицинские записи. Он выглядел довольно заброшенным и забытым. Я взяла его
К доске были прикреплены три листа бумаги. Диаграммы, список имён. Имена — джекпот. Я пробежала по ним глазами. Только имена, без фамилий, всего где-то два десятка.
На середине второй страницы я прочитала: Фриц, 6', 210 кг., х. с. лупус. Хомо сапиенс лупус. Это не может быть тот же Фриц.
Я вернулась на первую страницу и нашла ещё одно имя, которое должна была заметить сразу: Лев, 5' 9", 150 кг, х. с. сангуинис. Вампир.
Загадка, завёрнутая в загадку... я не была уверена, что хочу знать, что связывало Флемминга и Лео. Я была готова купиться на любую теорию заговора.
— Вот оно, — прошептала я. — Вот что мне нужно.
Я сняла листы с планшета и начала скручивать, чтобы забрать с собой.
Кормак вырвал страницы из моей руки. Вернулся обратно в кабинет. Рядом со шрёдером стоял настольный копировальный аппарат. Машина была настолько громкой, а свет сканирования таким ярким, что я не сомневалась, что нас обнаружит шкафы-секьюрити. Кормак быстро и деловито снял копии этих трёх страниц. Передал копии мне, прицепил оригиналы обратно к планшету и вернул тот на гвоздь. Закрыл дверь в лабораторию и убедился, что она заперта.
Выключил компьютеры и осмотрел кабинет. Затем довольно кивнул.
— Хорошо. Давай убираться отсюда.
Проверив, что дверь в коридор закрылась, он снял перчатки и убрал их в карман. Я последовала его примеру, а затем нервно скрутила прихваченные документы.
Мы сделали крюк, прежде чем выйти из здания. Кормак остановился у шкафчика в боковом коридоре на первом этаже. Верный своему слову, он сунул ключ-карту в передний лоток стоящей там тележки уборщика. Это заняло всего секунду.
Мы не говорили, пока были на улице, идя по тротуару с десятком других анонимных пешеходов. Дневной свет всё ещё сиял, что казалось несочетаемым с темнотой кабинетов Флемминга и нашей незаконной деятельностью.
— И вот так ты вломилась в правительственное учреждение, — наконец объявил Кормак.
— Уотергейтские ребята могли бы кое-чему от нас поучиться, а?
Он презрительно хмыкнул
— Да они кучка позёров.

В тот вечер мы ужинали в номере Бена. Кормак сидел на кровати, положив тарелку на колени и одним глазом следя за новостями по телевизору, которые мы поставили на слабую громкость. Он и Бен пили пиво, как пара приятелей из колледжа. Возможно, там они и встретились.
Бен допросил нас по поводу вылазки. Данные из лаборатории лежали посередине стола.
Бен указал на них подбородком.
— Это копия, или вы просто вынесли их из кабинета?
— Копия.
Он сжал губы и быстро кивнул. Удовлетворённый моим ответом.
— И это того стоило?
Оба уставились на меня. Я почесала лоб. Мозг кипел.
— Ну, наверное, да.
— Ты же понимаешь, что это не доказательство, — заметил Бен.
— Я знаю людей в списке. По крайней мере, думала, что знаю. Если смогу разыскать их, они выведут меня на того, с кем можно поговорить.
Надеюсь.
— А они будут с тобой говорить? — спросил Кормак.
— Не знаю.
Бен откинулся на спинку стула.
— Китти, я понимаю, что этот Флемминг чертовски подозрителен. Но что, если всё обстоит так, как оно есть: он просто доктор НИЗ, бывший военный исследователь, который нервничает из-за того, что у него могут отнять финансирование. А ты что думаешь разыскать?
Фритц — фашист. Любопытно, какие вопросы Флемминг ему задавал, если он вообще общался со своими подопытными. А Фритц поведал ему истории, которыми не стал делиться со мной? Чтобы захотел бывший военный медик-исследователь узнать у оборотня-фашиста, ветерана войны…
— Военное применение, — прошептала я и сглотнула, пытаясь избавиться от кома в горле, потому что ребята отложили вилки и пиво и в упор уставились на меня. — Он рассказывал о пациенте, который получил ужасные травмы в автокатастрофе, но через неделю выписался из больницы. В тот момент Флемминг выглядел таким... восхищённым. Очарованным открывающимися возможностями. Он говорил об этом на слушаниях, помните? Лечить болезни, используя способности ликантропов к регенерации. Представьте себе армию, которые практически невозможно убить.
— Если бы это был военный заказ, ему бы не пришлось объясняться перед конгрессом, — озвучил свои размышления Бен.
— Даже если он ищет военное применение своему открытию, что в этом того? — удивился Кормак.
— Он использует людей. У него в лаборатории тюремные камеры.
— А мне показалось, тебе нравится, чем занимается этот парень, — вставил Бен. — Ты же хотела гласности. А теперь хочешь, чтобы он заткнулся?
— Да, думаю, да.
— Почему?
Я пожала плечами, потому что это правда. Мне очень понравилось читать про оборотней и вампиров в «Вашингтон пост». Я наслаждалась уважением. Но я всё ещё чувствую запах чесночной краски в лаборатории.
— Потому что это неэтично.
На тарелке ещё оставалась еда, но больше я есть не могла. Стемнело, время повидаться с Алеттой.
— Послушайте, я не смогу отследить никого из этих ребят до завтра, но думаю, что сегодня смогу найти кое-кого ещё. Мне надо этим заняться.
— Нужна компания? — сказал Кормак. Читай: нужна помощь?
— Нет, спасибо, я справлюсь. Наверное.
Я собрала копии из лаборатории Флеминга.
— Возможно, стоит снять ещё копии, — сказал Бен. — И положить в банковскую ячейку. На всякий случай.
— Или прислать кому-нибудь ещё, — сказал Кормак. — С запиской открыть, если с тобой что-нибудь случится. Если попадёшь в беду, сможешь использовать это в качестве угрозы и не солгать.
— Или можешь никому не отсылать, но сказать обратное и использовать это в качестве угрозы в любом случае. — Бен произнёс это с особым упором для Кормака, придавая заявлению особый смысл.
Кормак выдал свою лучшую притворную усмешку.
— Ну разве я мог так поступить?
Бен закатил глаза.
— Я воспользуюсь пятой поправкой, — уставилась я на них. — Вы, это, сейчас какое-то прошлое дело вспоминали? — Он обменялись взглядом, этим знакомым взглядом, который означал, что шутку, понятную только своим, постороннему слишком долго объяснять. — Как понимаю, вы мне не объясните?
— Тебе лучше не знать, — заметил Бен, и мне тут же зачесалось искать ближайшую интернет-связь и рыть в поисках грязной истории, которую эти двое состряпали в отдалённом прошлом. По крайней мере, я надеялась, что прошлое было далёким. Может, мне стоит нанять другого адвоката. Только вот, пока новенькому объяснишь, что тут у нас происходит…

Я хотела показать список Алетте, чтобы выяснить знает ли она кого-то из представленных Хомо сапиенс сангуинис и сдать Лео с потрохами. Да, я ябедничала, и в последний раз мне было так приятно, когда я в восемь лет заложила тайник двенадцатилетней сестры со взрослыми фильмами. А если бы она разрешала смотреть это все вместе с ней, то у неё бы остался личный телик в комнате.
Я вбежала в фойе, задержавшись над секунду над дилеммой заглянуть мне сначала в салон или столовую, или же найти Эмму с Брэдли и спросить у них, где Алетта. Думай, Китти, если бы ты была главным вампиром, то где бы сейчас находилась?
Моего плеча что-то коснулось. Я ойкнула и обернулась, по нервам словно молния пробежала. Позади невозмутимо стоял Лео, словно он весь вечер прождал в прихожей, любуясь интерьером. Но могу поклясться, когда я заходила в дом, его в фойе не было. Но я не почувствовала его появления: не увидела, не учуяла, не услышала.
— Привет, — беззаботно произнёс он. — Я могу чем-нибудь помочь?
Мне захотелось ему врезать.
— Да блин, что у тебя за проблемы?
— Если ты так легко заводишься, то как можешь обвинять мужчину в том, что он не может удержаться?
— Да, да, ещё как могу.
— Ах. Тогда ладно.
Он пошёл вальяжной походкой, кружа вокруг меня, блокируя выходы.
Он дразнится. Вот и всё. Провоцировал, как сам в этом признался. Я сделала глубокий вдох, полная решимости успокоиться.
— У меня к тебе вопрос, — сказала я, стараясь звучать беззаботно и невозмутимо. — Что ты знаешь о докторе Флемминге?
Он пожал плечами.
— Государственный учёный. Что по-твоему я должен о нём знать?
— Я с ним поговорила. Всплыло твоё имя.
Всё правда, в своем роде.
— Правда? И что он обо мне рассказал?
— Ничего. Он не особо разговорчивый тип. Поэтому я решила спросить тебя.
— А я по-твоему особо разговорчивый? — Он улыбнулся, показывая зубы и клыки. Выражение лица смягчилось. — Возможно, я пару раз с ним общался.
— О чём?
— Обо всём понемногу. О вампиризме, к примеру. Был — как бы ты это назвала? — естественным информатором. — Он начал расхаживать по фойе, спрятав руки в карманах брюк и опустив взгляд. — Я поговорил с ним, поскольку он знает свою тему. По крайней мере, он знает, где нас найти, если захотеть. А ты поверишь, что он просто вежливо задал несколько вопросов? Он доказывает, как много знает, а тебе не кажется неправильным ответить на его вопросы. Ты просто становишься ещё одной точкой сбора данных. И всё.
Мне что-то тяжело представить, как Флемминг гуляя по улицам, неожиданно находит такие места, как «Полумесяц», и вооружившись блокнотом с магнитофоном, начинает вежливо задавать вопросы.
— И что ты ему рассказал? Поведал о тяжёлой вампирской доле?
Он на секунду отвернулся, взгляд стал далёким и задумчивым. Казалось, где-то за этим фасадом скрывается совершенно другая личность.
— Время практически стоит на месте, — признался он. — Мир словно застыл. Ты можешь изучить каждый его уголок. Все микроскопические точки стали ясны. И ты расхаживаешь по этому миру, как лев по саванне. Ты понимаешь, что все это твое. Нужно лишь протянуть руку и взять. Всё, что пожелаешь.
В следующую секунду он оказался подле меня. Откинул мои волосы в сторону и дунул на шею, слабым, тёплым вздохом. Ни зубов, ни угрозы, только ласка. Я задрожала, но он не отошёл. По какой-то причине я тоже не могла отойти.
— Ты это ожидала услышать?
Я повернулась и уставилась на него. Но он ничего не делал. Это были всего лишь слова.
Но я лучше, чем кто-либо другой знала, чего можно добиться одним только словом.
— И это всё? Так вот почему ты такая высокомерная сволочь?
Он рассмеялся.
— Высокомерная сволочь? Серьёзно? Наверное, я действительно так выгляжу в глазах остальных. Но для нас, ты всего лишь крошечная волосинка, покачивающаяся на ветру. Нам плевать, что ты думаешь.
— Не все вампиры такие. Я встречалась с разумными людьми. — Одним или двумя. Возможно. — И это всё? Флемминг просто коллекционирует истории? Собирает правдивые отзывы?
— Я уверен, что это не всё. Он ведь врач? Возможно, он проводит анализы крови. Я бы так делал.
Он облизал губы.
— А если я скажу, что у Флемминга есть лаборатория с клетками? Одна с чесноком в краске, чтобы усмирить вампира. Что, если он держал испытуемых против их воли?
До этого его взгляд безучастно блуждал по комнате, словно он заделался любителем интерьеров. Но теперь он сосредоточился на мне, как если бы ему стало резко интересно. Я чуть не отшатнулась. Хотя, возможно, если бы сделала хоть шаг, то выбежала бы из комнаты. Интерес Лео не то, что я хотела.
— Это было бы крайне опасно и глупо с его стороны. Даже если бы он смог поймать вампира, то никогда бы не смог его освободить… и выжить.
Он приоткрыл рот и показал зубы, острые кончики клыков.
— Если только он не мастер обращения с колом, — заметила я.
— В самом деле? — Его британский акцент мог бы заставить одну фразу обрести всеми оттенками смысла.
— Ах, Китти, ты вернулась. — Алетта, королева своего владения, прошествовала в фойе, нарядно одетая и элегантная как всегда, по пути от одного своего дела к другому. Она кивнула Лео и остановилась передо мной, чтобы поприветствовать тем же чопорным кивком, отчего я почувствовала, что не соответствую её стандартам, и никогда не буду. — Я заждалась тебя. Надеюсь, твоё опоздание означает, что день прошёл продуктивно?
Сейчас я выдам информацию, которую ей обещала. Вопрос только в том, скольким с ней поделиться?
— Я узнала, что у Флемминга в лаборатории оборудованы камеры для вампиров и оборотней. Думаю, он держал подопытных против их воли.
— Под подопытными ты имеешь в виду вампиров и оборотней? Ты знаешь, как он мог держать таких существ против их воли? — Её тон так и сквозил недоверием.
— Не знаю, но это факт, — разочарованно ответила я. — Вот, взгляните. Он разговаривал с этими людьми.
Я показала ей список, не забыв ткнуть на имя Лео на первой странице.
Алетта взглянула на него.
— Ты говорил с Флеммингом?
Я хотела, чтобы Лео расплакался, как ребёнок, которого поймали на лжи. Я хотела, чтобы он покраснел, смутился, отвёл взгляд, хоть что-нибудь. Он стоял тихо и совершенно спокойно.
— Да. Говорил. Хороший доктор собирал фольклоры. Я пообщался с ним, решив, что такие разговоры работают в оба направления. Немного поработал двойным агентом, если хочешь.
И он выдал пофигисткую улыбку.
— И не счёл нужным мне рассказать?
— Я ничего не выяснил. Ему нечего скрывать. — Последнее одназначно для меня. — Он просто серьёзный учёный, который боится потерять финансирование.
Почему я на это не купилась?
Алетта же да. Она удовлетворительно кивнула и отдала мне страницы.
— Те клетки в последнее время были заняты?
— Не могу сказать. — Я ничего не учуяла. — Не думаю.
— Продолжим наблюдение за Флеммингом. Ваша бдительность заслуживает похвалы, Китти. Но не позволяйте ей стать паранойей.
— Дорогая, ты, кажется, шла по какому-то делу. Могу я быть тебе полезен? — сказал Лео Алетте.
— Как всегда, Лео.
Он предложил ей руку, и она взяла его за сгиб локтя. В последний раз оглянулась на меня через плечо, и они покинули фойе.
Я не знала, кому верить. Я хотела быть высокого мнения об Алетте, и если она доверяет Лео, то я не должна в нём сомневаться. Она знала его дольше, чем я. Может быть, Флемминг действительно безобиден, а все мои с Кормаком фигли-мигли с плащами и кинжалами — пустая трата времени. Казалось, что я брожу по лабиринту. Ненавижу лабиринты.
Этот город начал меня доканывать.
Администратор запретил публиковать записи гостям.
Спасибо сказали: Cerera, Natala, llola

Кэрри Вон - Китти едет в Вашингтон 15 Июль 2018 22:44 #22

  • Cerera
  • Cerera аватар
  • Не в сети
  • Администратор
  • Сообщений: 2018
  • Спасибо получено: 2054
  • Репутация: 60
Ура ура!!! Спасибо большое за перевод : rose
Администратор запретил публиковать записи гостям.

Кэрри Вон - Китти едет в Вашингтон 11 Авг 2018 21:31 #23

  • Natala
  • Natala аватар
  • Не в сети
  • Читатель года
  • Сообщений: 1090
  • Спасибо получено: 2341
  • Репутация: 109
Главная героиня потянула за ниточку целого клубка тайн и в этом ей помогли приятели, не отягощенные муками совести и не лишенные здорового цинизма, что, эти черты, как выяснилось, пришлись весьма кстати: Китти узнала кое-что интересное.
Девочки, спасибо. :flowers
Администратор запретил публиковать записи гостям.

Кэрри Вон - Китти едет в Вашингтон 04 Фев 2019 12:01 #24

  • So-chan
  • So-chan аватар
  • Не в сети
  • Переводчик, Редактор
  • Сообщений: 2122
  • Спасибо получено: 4219
  • Репутация: 129
Объявление!

Дорогие читатели, я почти закончила эту часть "Китти". Вовсю работаю над предпоследней и последней главой. Редактор, jule4444ka, снова вышла на связь. К сожалению, сейчас жизненные обстоятельства не дают ей заняться редактурой, но она планирует к этому делу вернуться (прислать потом все главы оптом, как она выразилась), и я решила ее ждать. Наверное, мы пока отправим проект во временную заморозку, а как все будет, так все будет.
Администратор запретил публиковать записи гостям.
Спасибо сказали: Solitary-angel, Cerera, Natala, llola
  • Страница:
  • 1
  • 2