Дорогие пользователи и гости сайта. Нам очень нужны переводчики, редакторы и сверщики. Мы ждем именно тебя!
Добро пожаловать, Гость
Логин: Пароль: Запомнить меня

ТЕМА: Элизабет Вон - Военная клятва

Элизабет Вон - Военная клятва 14 Май 2014 12:54 #1

  • So-chan
  • So-chan аватар
  • Не в сети
  • Переводчик, Редактор
  • Сообщений: 2179
  • Спасибо получено: 4384
  • Репутация: 130
Элизабет Вон "Военная клятва"

Название: Warsworn / Военная клятва
Автор: Elizabeth Vaughan / Элизабет Вон
Описание: фэнтези, романтика
Количество глав: 13
Год издания: 2006
Серия: Chronicles of the Warlands / Хроники военных земель - 2 книга
Статус перевода: завершено

Перевод: So-chan
Сверка: So-chan
Редактура: Nikita
Худ. оформление: Solitary-angel
Аннотация

Встречайте продолжение приключений Кира и Лары!

Лара, целительница и королева Кси, решила остаться с Киром и его народом. И вот военачальник и его избранница держат путь в Сердце Равнин, даже не подозревая, что судьба приготовила новые испытания их любви.
Во время путешествия им попадается деревня, зараженная чумой, но Кир запрещает Ларе исцелить больных, чтобы не подвергать опасности армию.
Но сможет ли Лара пройти мимо больного? И не обернется ли ее милосердие непростительной жестокостью для всех, кого она любит?

Содержание: [ Нажмите, чтобы развернуть ]
Администратор запретил публиковать записи гостям.

Элизабет Вон - Военная клятва 14 Май 2014 12:55 #2

  • So-chan
  • So-chan аватар
  • Не в сети
  • Переводчик, Редактор
  • Сообщений: 2179
  • Спасибо получено: 4384
  • Репутация: 130
Французская обложка:

ВНИМАНИЕ: Спойлер! [ Нажмите, чтобы развернуть ]
Администратор запретил публиковать записи гостям.
Спасибо сказали: Cerera, Стелла, иринка, Sayra-hafize, llola

Элизабет Вон - Военная клятва 17 Май 2014 21:49 #3

  • Cerera
  • Cerera аватар
  • Не в сети
  • Администратор
  • Сообщений: 2046
  • Спасибо получено: 2081
  • Репутация: 60
Ура!!! Уже и тема открыта : dancing* : dancing*
Французская обложка красивая, но как-то вообще не в тему или я уже плохо помню :54
Администратор запретил публиковать записи гостям.

Элизабет Вон - Военная клятва 18 Май 2014 15:48 #4

  • So-chan
  • So-chan аватар
  • Не в сети
  • Переводчик, Редактор
  • Сообщений: 2179
  • Спасибо получено: 4384
  • Репутация: 130
Совершенно не в тему :4
Администратор запретил публиковать записи гостям.

Элизабет Вон - Военная клятва 26 Июнь 2014 21:19 #5

  • So-chan
  • So-chan аватар
  • Не в сети
  • Переводчик, Редактор
  • Сообщений: 2179
  • Спасибо получено: 4384
  • Репутация: 130
День на день отправлю 1 главу редактору. Как всегда идеальный план сроков провалился. :3
Администратор запретил публиковать записи гостям.
Спасибо сказали: gulchi

Элизабет Вон - Военная клятва 29 Июнь 2014 18:49 #6

  • Cerera
  • Cerera аватар
  • Не в сети
  • Администратор
  • Сообщений: 2046
  • Спасибо получено: 2081
  • Репутация: 60
So-chan, спасибо за новость : rose а то что со сроками не вышло не беда) всегда можно подвинуть)
Администратор запретил публиковать записи гостям.

Элизабет Вон - Военная клятва 06 Июль 2014 14:44 #7

  • So-chan
  • So-chan аватар
  • Не в сети
  • Переводчик, Редактор
  • Сообщений: 2179
  • Спасибо получено: 4384
  • Репутация: 130
Вступление и выражение признательности
Дорогие читатели,

И вот мы снова вместе. Ну, насколько могут быть вместе люди, объединённые писаным словом. Возможно, вы в книжном магазине заглядываете краем глаза под обложку? Или открыли коробку в гостиной, заказав мою книгу онлайн? А возможно стоите в очереди и пролистываете её, прежде чем заплатить за покупку?
Как бы этот роман ни попал вам в руки, позвольте мне ещё раз наложить своё заклинание и попытаться очаровать вас. С моим писательским слогом и вашим воображением в мире до сих пор остаётся место фантазии. Мы с вами сможем попутешествовать по королевству Кси и равнинам жителей Огненной земли, снова окунуться в жизнь Лары и Кира.
Военачальник и его военный трофей сделали первые шаги по тропе, которая приведёт их к дальнейшим приключениям и большему взаимопониманию. Но на Равнинах есть одна поговорка (и это универсальная истина): если хочешь услышать смех ветра, поведай ему о своих планах.
Итак, чего вы ждёте? Все собрались услышать мой сказ? Маркус ждёт вас с горячим каваджем и едой. Поспешите! Мне не хочется попасться на его острый язык. Переверните страницу и присоединяйтесь к нам!

Элизабет



Джейн Лаки,
подруге, соседке и сестре
ВЫРАЖЕНИЕ БЛАГОДАРНОСТИ

Во-первых, спасибо моим читателям. Прошлый год был восхитительным: я получила столько е-мейлов и узнала, что вы с нетерпением ждёте публикации этой книги. Ваш энтузиазм дал мне силы продолжать писать, и я благодарна вам за это.
Спасибо доктору Мэри Дж. Гомбаш, штат Мэриленд: вы терпеливо сидели и позволяли задавать вам вопрос за вопросом во время обеда. Думаю, своим «что если…» я заговорила её до смерти. Поблагодарить также нужно и мою кузину, Синди Янг, которая разделила со мной любовь к лошадям. Она подарила городской девчонке немного понимания деревенской жизни, и я глубоко ценю её за этот опыт. Спасибо Барбаре Доун, которая разделила со мной любовь к естественным краскам и тканям, а затем убедилась на горьком опыте, почему не стоит одалживать мне книги. Прости, Барб.
После всей помощи и исследований, любые оставшиеся в романе ошибки — только на моей совести. Я прекрасно способна создавать ужасные и смущающие ошибки без постороннего вмешательства.
Спасибо членам писательской группы, которые озвучили мне все болезненные истины, которые должен услышать писатель. В неё входят Спенсер Ластер, Хелен Курс, Роберт Венцлафф, Марк Тессин, Кит Флик и Майк Шимковяк.
И очередное спасибо Кэндис Клумпер, Патрисии Мерритт и Джо-Анн Томпсон за то, что постоянно подбадривали и поддерживали. Том Реддинг и Мэри Фрай прочитали финальные черновики, выловив больше ошибок, чем мне хотелось бы упоминать. Фил Фрай, Кэти Хансен и Деб Спыхальский — мои давние братья и сестра по несчастью, спасибо за любовь, поддержку и терпение.
Мне не хватит слов, чтобы описать весь вклад моего редактора, Анна Геноезе. Каждый раз, когда она высказывает своё предложение, история становится сильнее и богаче. И глубочайшая благодарность Хизер Брэди, моему литературному редактору.
Но ещё раз больше всего хочу поблагодарить Джин Рэйб, столкнувшей меня в омут, и Мэг Дэвис, нашедшей меня там.


[spoiler]— Кровяной мох! Это кровяной мох, Маркус!
Я наклонилась рассмотреть поближе. Уверена, это неприметная трава, потоптанная лошадьми, была редким растением.
— Спусти меня!
Лошадь, на которой мы ехали, загарцевала из-за моей неусидчивости, и Маркус натянул поводья.
— Если не перестанете вертеться, то полетите на землю, к моему с Вашеством величайшему позору, — заворчал Маркус.
Я сильнее обхватила его талию.
— Если бы вы позволили мне поехать одной, это бы не стало проблемой.
Маркус потерял терпение:
— И как далеко вы уедете с опухшими ногами? Теперь сидите и не дёргайтесь! Как это будет выглядеть — трофей, растянувшийся в грязи?
— Маркус, я мастер-целитель, и мои ноги прекрасно заживают.
— Делаете выводы из воздуха, — пробурчал Маркус. — А я буду строить выводы из того, сможет ли трофей пройтись пешком.
Я откинулась назад от разочарования. Может, я и Ксилара, мастер-целитель, дочь дома Кси, королева Кси, военный трофей Кира из племени Кошки, военачальника Равнин, но Маркус волнуется обо мне, словно я чуть больше непослушного ребёнка.
Я вздохнула и прислонила голову к его плечу.
— Я прекрасно могу проехаться верхом.
Маркус фыркнул:
— Также как заботитесь о своих ногах.
В этом заключается одна из моих проблем. Когда я приняла решение следовать за армией военачальника, то сделала это в той же одежде, которая была на мне во время церемонии передачи военного трофея. Так как традиция требовала, чтобы трофей не принимал ничего, кроме как из рук военачальника, я шла босиком за его армией, пока Кир не узнал, что я делаю и повторно потребовал меня в качестве своего трофея. Последовать за моим военачальником, бросить вызов его решению было лучшим выбором и для нас, и для наших народов.
А вот решение идти босиком было не совсем умной идеей.
Жоден, певец-ученик, сказал, что приняв решение соблюсти традиции Равнин, я сделала сильное заявление, и оно разнесётся в песнях, над которыми он сейчас работал. Маркус выгнул бровь над оставшимся глазом и поинтересовался, будет ли факт, что впоследствии у меня заболели ноги, включён в первый стих или второй.
Я медленно выпрямилась, вытянула шею и осторожно осмотрелась, чтобы на этот раз не потревожить лошадь. Мы были в центре армии огненных и возвращались на Равнины. Не то, чтобы люди Кира называли себя «огненными». Этот термин использовали мои люди. Люди Кира называли себя «равнинниками», немного для меня непривычно. По крайней мере, в моих мыслях они остались жителями Огненной земли. Конечно, я больше не добавляю «проклятые» или «злые» и не считаю, что они изрыгают огонь. Хотя у меня ещё теплятся надежды увидеть синего равнинниками. Были коричневые и чёрные, а у некоторых кожа даже имела желтоватый оттенок. Кто знает, какие чудеса поджидают меня на Равнинах?
Кси в действительности представлял собой просторную горную долину, что простиралась вокруг нас до самого горизонта. Я никогда не заезжала так далеко от города Водопадов и не видела самые дальние пределы того, что теперь стало моим королевством. Деревья уже начали облетать, и их опавший цвет устилал нам дорогу.
Маркус и я были окружены лошадями и наездниками, которые не умещались в пределы дороги там, где ехали мы. Кир приказал, чтобы я путешествовала в центре живого моря воинов и лошадей. Несмотря на это, я знала, что мои охранники неподалёку. Рэйф и Прест ехали перед нами: я могла различить их спины.
— Рэйф!
Маркус дёрнул головой под капюшоном и забормотал. Осень уже вступала в свои права, но день был прекрасен, солнце грело спину. Но не для Маркуса. Он получил ужасные ожоги в прошлом и остался изуродованным, лишившись левого глаза и полностью левого уха. Поэтому Маркус всегда выходил из шатра, плотно укутавшись в плащ, чтобы небеса не оскорбились его шрамами. Ещё одна сторона этих людей, которую я не понимала.
Рэйф обернулся и помахал. Он и Прест замедлили своих лошадей, чтобы мы смогли нагнать их. Маркус заворчал, но занял место между ними.
— Рэйф, видишь то растение?
Я попыталась указать на мох.
— Растение? — Рэйф растерянно посмотрел на землю. — Трофей…
— Бледное такое. Похоже на мох, но цвета масла.
Рэйф пожал плечами.
— А вам не легче собрать самой?
Я закатила глаза от расстройства.
— Маркус не остановится!
Рэйф звонко рассмеялся, а Прест схватил повод нашей лошади. Маркус горько воскликнул, но Прест увёл нас с дороги. Я улыбнулась, несмотря на плохое настроение. У Рэйфа всегда наготове усмешка для меня. Он был небольшим худым парнем со светлой кожей, волосами цвета смоли и карими глазами. Полная противоположность моего другого охранника, Преста. Прест был крупным тихоней с коричневой кожей и тёмными волосами, заплетёнными в двадцать толстых косичек, которые прикрывали спину. Больше человек действия, чем слова, он спокойно увёл лошадей с дороги, где мы могли остановиться.
Я стала сползать с лошади, но Маркус меня не пустил.
— Вы больше не повредите ноги.
— Маркус…
Рэйф спрыгнул с коня.
— Покажите мне нужное растение, трофей, и я соберу вам несколько горстей.
К нам подъехали Эпор с Айсдрой.
— Какие-то проблемы? — поинтересовалась Айсдра.
Её длинная серебряная коса была перекинута через плечо, кожа слегка поцелована солнцем, а в раскосых серых глазах читалось небольшое удивление. Эпор не потрудился скрыть улыбку. Его яркие светлые волосы и борода сияли на свету. Он всегда напоминал мне изображение бога Солнца в храме моего родного города.
— Хочет сама сорвать какие-то сорняки, — пробрюзжал Маркус.
— Не сорняки, а кровяной мох, — поправила я. — Вот он, Рэйф. Поднеси поближе.
Эпор слегка захихикал, когда Рэйф наклонился сорвать растение. Я заметила, что Айсдра одарила его удивлённым взглядом и потянулась ударить по ноге. Он поймал её руку и поднёс к губам. Я отвела взгляд, смущённая таким проявлением чувств на публике.
Рэйф поднёс горстку листьев и растений. С корней свисала земля.
— Какой именно, трофей?
Стоило мне потянуться за растениями, как я услышала стук копыт позади. Маркус вздохнул:
— А вот и малой скачет.
Это Гил скакал во весь опор вдоль дороги, усмехаясь как сумасшедший. Мне было приятно видеть его простую радость оттого, что его конь скачет, как ветер. Маркус заворчал, но остальные улыбнулись и расступились, поскольку Гил устремился ко мне.
— Ко мне подъезжал Кадр, трофей! Просил помочь с фурункулом. — Он широко улыбнулся. Его вьющиеся рыжие волосы танцевали на ветру, слова лились рекой. — Я ответил ему, что мне нужно посоветоваться со своим учителем.
Я улыбнулась ему в ответ. Этот молодой огненный объявил себя моим учеником. Хотя Кир решил, что он должен продолжать исполнять свои обязанности воина. Только так он разрешил ему служить моим помощником. По крайней мере, пока мы не достигнем Сердца Равнин. Я использовала каждую свободную минуту, чтобы давать Гилу уроки.
— Хорошо. Если повезёт, я смогу показать тебе как его проколоть. Но сначала ответь, Гил, ты помнишь, что я рассказывала тебе о кровяном мохе?
Гил кивнул, но я не дала ему время ответить. Я выхватила мягкие жёлтые листья из рук Рэйфа и выбросила остальное.
— Он растёт прямо здесь, Гил. Собери мне немного.
Армия продолжала двигаться вперёд, пока Гил слезал, чтобы присоединиться к Рэйфу в сборе трав. Остальные повели себя как при тревоге (уверена, они действовали машинально) и окружили нас. Даже притом, что мы путешествовали в центре армии военачальника, их инстинкты приказывали им охранять меня. В том, что мы отстали, не было ничего опасного, так как армия двигалась пешим шагом и, по моим оценкам, растянулась на целые мили.
— Прест, у тебя есть лишняя кожа эхата? — спросил Эпор.
Прест бросил на него взгляд через плечо.
— А тебе нужно?
— Рукоять палицы перевязать.
— Он не любит держаться за голое дерево, — объяснила Айсдра.
— На обмотку твоего дурацкого оружия уйдёт целый эхат, — проворчал Маркус.
Я посмотрела на Эпора, у которого за спиной висела палица. Это был длинный массивный кусок дерева вполовину моей руки, с металлическими гвоздиками вдоль вершины и кожаной рукоятью.
— А что не так с его оружием? — спросила я.
Рэйф подскочил к моей ноге, неся кровяной мох в обеих руках.
— Маркус не одобряет, трофей.
— Слишком медленное и громоздкое, — пробурчал Маркус.
— Для тебя, — отрезал Эпор, словно это был его давний аргумент. — Я предпочитаю такое оружие, чтобы если ударить врага, он уже не встал.
Эпор дерзко мне усмехнулся и подмигнул.
Я вопросительно посмотрела на Рэйфа, и он рассмеялся над моим замешательством.
— Трофей, палица — это двуручное оружие, и лучше всего подходит крупному мужчине с силой в руках и груди. Как Эпор или Прест.
— Но не тебе? — уточнила я.
Рэйф покачал головой.
— Я за скорость. Буду быстрее с мечом или кинжалом. Айсдра, Гил или я нанесём два удара на один удар Эпора. — Он бросил на Маркуса быстрый взгляд и подмигнул бровью. — Или три удара от Маркуса с его кинжалами.
Эпор засмеялся, его светлые волосы замерцали на солнце.
— Но в случае нужды даже ты или Айсдра сможете воспользоваться двуручником.
Рэйф кивнул.
— Возможно. Если буду в отчаянии.
— Или безумии, — добавила Айсдра.
Прест слез с коня и, порывшись в сумках, достал рулон тёмной кожи. Он вручил его Эпору, и тот кивнул в знак благодарности.
— Я восполню убыток после следующей охоты на эхата.
— А кто такой?..
Гил поднялся и вручил мне с улыбкой горсть листьев.
— Сколько вам нужно?
Я улыбнулась:
— Чем больше, тем лучше, Гил. Ты же помнишь, для чего он нужен?
Он посмотрел на меня с насмешкой.
— Помню, трофей. — Он согнулся над травой и стал монотонно рассказывать: — Кровяной мох накладывают на раны. Он растёт на месте больших сражений. Не прилипает к коже, не образует струпьев. Вроде бы помогает исцелению, предотвращает гноение и стягивает рану. Растение поглощает столько крови, сколько может, а когда становится бесполезным, его нужно рассеять по ветру, потому что мох использует кровь, чтобы пустить корни и вырасти.
Он встал, держа целую охапку листьев.
Маркус застонал.
— Кровососущая трава. Лучше бы я не знал.
Я была довольна. Память Гила никогда не подводила его на уроках. Огненные были наделены прекрасной памятью, так как у них не было письменности. Однако у Гила возникли сложности с практическим применением своих знаний. Мои ноги служили тому хорошим примером.
Одно дело говорить об очистке и лечении загнившей раны, другое — работать с живым пациентом, который машинально будет дёргать ногой при каждом прикосновении. В конце концов, Маркус в отчаянии уложил меня на живот и держал с Киром за ноги, пока Гил чистил. Паренёк приложил все усилия, но правая нога воспалилась, покраснела и загноилась. Бедному Гилу пришлось чистить рану с нависающим над плечом сердитым и взволнованным военачальником Равнин, следящим за каждым его движением.
Я наклонилась вперёд, держа руку перед лицом Маркуса.
— Она замечательная, Маркус. Дай мне свой нож, и я покажу, как она действует.
— О Небеса. — Маркус отдёрнул голову, и лошадь загарцевала под нами. — Звучит так, словно вы собираетесь отрезать себе руку. Только не моим ножом!
Айсдра рассмеялась и подъехала ближе.
— Покажите мне, трофей.
Она достала нож и глубоко резанула мясо под большим пальцем. Кровь так и брызнула.
Я взяла листья и скрутила их, кроша на волокна. В нос ударил сильный аромат.
— Возьми и прижми к ране.
Айсдра вытерла лезвие о штаны, вложила в ножны, а затем прижала пальцами кашицу к ранке. Листья тут же изменили цвет на бледно-зелёный. Гил вытянул шею, и Айсдра наклонила руку, чтобы он смог всё рассмотреть. По моему кивку она убрала листья. Кожа стянулась. Лишь опухшая красная линия осталась единственным свидетельством того, что здесь только что была рана. Айсдра подняла руку, чтобы показать другим и уронила листья на землю.
Прест и Рэйф были явно впечатлены. Рэйф кинулся собирать мох с двойным прилежанием. Гил присел на корточки и внимательно рассмотрел кровавые листья. Я понаблюдала за ним с минуту и улыбнулась.
— Гил, я не думаю, что он пустит корни на твоих глазах.
— Ох!
Он был явно разочарован, но принялся собирать ещё больше.
— И о чём особенно мы должны помнить, когда используем эту траву?— мягко поинтересовалась я.
Он немного нахмурился, а затем его лицо посветлело.
— Не использовать её на инфицированной ране. Она запечатает грязь внутри, если не будешь острожен. — Он прикусил губу. — Я не могу использовать их на ваших ногах.
— Правильно, — кивнула я. — И её опасно использовать на ранах брюшной полости по тем же самым причинам.
— Трава должна быть свежей? — пробурчал Маркус.
— Мне говорили, что действует и высушенная, только не так быстро.
— Я подумала о другом её применении, — хитро улыбнулась Айсдра. — Поможет в лунное время. Она растёт на Равнинах?
Я зарделась от смущения и пожала плечами. Она говорила так небрежно о чём-то, что мои люди вслух не обсуждают. По крайней мере, не в смешанной компании.
Эпор слез с коня и посмотрел на листья в своих руках. Его лошадь обнюхала его руку, но отвела морду, когда он предложил их в качестве угощения.
— А на лошадей они действуют?
— Почему у вас всё сводится к лошадям?! — внезапно взорвалась я.
Возникла неудобная пауза.
От удивлённых взглядов на их лицах мою враждебность как ветром сдуло. Я опустила глаза на спину Маркуса и пробормотала:
— Не знаю.
Гил, благослови его юность, быстро отошёл от шока.
— Я наполнил сумку, трофей. — Его руки были полны листьев. — Я могу наполнить ещё одну, если хотите?
— Было бы здорово. — Я осмотрелась и к своему удивлению поняла, что это небольшое растение росло до самого горизонта. — Две горстки в комплекте каждого воина пригодились бы в случае ранения.
Гил быстро раздал собранное, проверяя, чтобы у каждого было, по крайней мере, две горсти. Даже Маркус взял мох. Гил убрал свою долю в седельные сумки и сел на коня.
— Я распространю слово, трофей. Две горстки.
— Накажи хорошенько его высушить, Гил! — крикнула я ему вслед. — Мы осмотрим Кадра, как только остановимся на ночлег.
Рэйф тоже сел на коня, и Маркус повернул нашу лошадь обратно к армии в спокойном темпе.
— Вашеству не понравится, что его воины остановились собирать букетики.
— Они ведь когда-то должны устраивать водопой? — заметила я.
Рэйф рассмеялся, но Маркус лишь проворчал.

***

Когда мы вернулись на наше место в море воинов, Маркус осторожно вернул нас прямо в центр. Рэйф и Прест ехали перед нами на небольшом расстоянии, Эпор и Айсдра исчезли позади. Они не пытались занять никакую особую позицию, так как вокруг нас всё равно были одни воины. Я заёрзала, пытаясь устроиться поудобнее, и постаралась не дышать на ухо Маркуса.
Маркус, должно быть, услышал меня, поскольку откашлялся.
— Эпор не хотел оскорбить вас, трофей, спрашивая о лечении лошадей.
— Я знаю, Маркус.
Я зевнула: усталость тут же накатила, как спало воодушевление. Это был короткий яркий миг в монотонности дней с тех пор как Кир Кошка, военачальник Равнины с тёмными волосами и сияющими голубыми глазами, поднял меня на свою лошадь и повторно признал своим военным трофеем. Я перебирала листья, которые всё ещё держала в руке. Эльн будет рад слышать, что в этой области кровяной мох растёт в избытке. Я могла бы отправить ему траву со следующим посыльным: выкопала её бы, очистила корни и всё такое, обернула бы во влажную ткань. Даже его строгое лицо расплылось бы в улыбке при виде ценного мха. Я бы рассмеялась, увидев его — вот только меня не будет рядом.
Внезапно всего оказалось чересчур. По телу прокатилась волна недуга, сердечного недуга, от которого нет лечения. Я была слишком знакома с этим чувством, поскольку скучала по своему дому, замку и людям, которые остались в городе Водопадов. Скучала по тушёному мясу Анны и подколкам Хита, по моей старой комнате с привычными каменными стенами. Я всю жизнь прожила в замке Водопадов, и мне становилось плохо только от одной мысли, что я никогда больше его не увижу. Я вздохнула, стараясь не питать жалости к себе, но не смогла.
— Вы сама не своя, трофей. — Маркус повернул голову, и я смогла различить его нос и губы под капюшоном. Его голос сменился на низкий нежный шёпот. — Вы ничего не едите, и, если я прав, то и не спите.
Я посмотрела на землю под нами.
— Всё хорошо.
— Вы не беременны?
Я уронила голову на его плечо и застонала.
— Маркус…
— Это справедливый вопрос, — ответил Маркус. — Наши женщины предохраняются, но кто знает вас, ксианок…
— Я не беременна, — проворчала я. Я не хотела думать об этом, хотя он был прав. Я не предохранялась. Мой цикл должен был начаться со дня на день. Но одна мысль о беременности поднимала ряд проблем, которые я не хотела рассматривать. Вопросов, которые я должна была обсудить с Киром.
— Тогда что не так, Лара?
Маркус редко называл меня по имени, и значит, сейчас он очень волновался. Я хотела ему всё рассказать, но не смогла.
— Всё хорошо, Маркус. Правда.
Он фыркнул.
— Как скажете, трофей.
Он напрягся, и я поняла, что расстроила его. Этот маленький обезображенный человек стал очень много значить для меня за столь короткое время. Он был фанатично предан своему военачальнику и мне. Не знаю только, заслужила ли я это уважение сама, или же он защищал меня, потому что Кир выбрал меня своим трофеем. Но как бы то ни было, разве могла я поделиться с ним своими страхами и заботами? Он и так уже презирал ксиан. Мои жалобы или капризы лишь подбросят дров в пламя его неприязни.
Я решила переключиться на простой вопрос.
— Как думаешь, когда мы остановимся на ночлег?
— Только через несколько часов, трофей. Вашество не даст нам остановиться, пока не стемнеет.
— К чему такая спешка?
— У Вашества есть на то свои причины. Вы будете признаны старейшинами, когда мы достигнем Сердца Равнин, и чем скорее, тем лучше.
Тон Маркуса явно давал понять, что тема закрыта.
Я искала на что бы отвлечься и мельком увидела, как Эпор тянется дёрнуть Айсдру за косу.
— Эпор, кажется, воздыхает по Айсдре.
— Ась? — Маркус заворчал. — Воздыхает? Что это значит?
Я стала думать, как бы объяснить незнакомое слово.
— Он заботится о ней.
Воцарилась неестественная тишина. Я поддалась вперёд.
— Маркус?
— Они связаны. — Он говорил неохотно, словно эти слова причинили ему боль. — Разве вы не заметили спирали на их ушах?
— Связаны? Значит женаты?
Я завертелась, пытаясь лучше разглядеть их уши. Маркус очевидно устал от меня.
— Спросите у Эпора или Айсдры, — дал он короткий ответ и свистнул, привлекая внимание Преста.
Прест поднял руку и стал отступать к нам. Поскольку я была бременем для лошади, меня пересаживали каждый час, чтобы ни одно животное не устало. Элементали запрещали плохо обращаться с лошадьми. Я начинала чувствовать себя тюком в торговом караване.
Пока Прест занимал свою позицию, Маркус продолжал говорить:
— Жоден — хороший человек, Лара, его уважают за мудрость. К нему прислушиваются сенель, хотя у него нет чина, и даже старейшины. Он станет великим певцом, как только будет им признан.
Прест подъехал, готовясь пересадить меня на свою лошадь, но я проигнорировала его протянутую руку. Вместо этого я наклонилась, пытаясь понять, к чему клонит Маркус.
— Если не можете никому довериться, доверьтесь певцу, — произнёс Маркус почти шёпотом. — Слова, сказанные певцу, устремляются в его сердце и не могут быть вырваны на свободу. Поговори с Жоденом, Лара. Пожалуйста.
После этих слов он пересадил меня на лошадь Преста, не сбивая хода, отъехал назад и растворился в толпе.
Прест был на целую голову выше Маркуса и, несомненно, вдвое шире. Мне не хотелось ехать с ним, так как я ничего не могла разглядеть из-за его плеча. Это означало, что я буду совершенно подавлена к следующему часу.
Прест тоже был не из болтливых, и значит, я оставалась наедине со своими страданиями. Если бы здесь была Атира, я бы могла довериться ей, но её оставили в городе Водопадов на попечении Эльна. Её нога хорошо заживала, но перелом не давал возможности сесть в седло. Даже окружённая тысячами воинов, я чувствовала себя ужасно одиноко. Кир отсутствовал уже два дня, и часть меня боялась: вдруг он решил, что этот военный трофей ему больше не интересен. Возможно, я могла бы поговорить с Жоденом, довериться ему. Жоден так мне помог, когда я была в лагере. Именно он выяснил, что Ксиманд, мой покойный единокровный брат, солгал мне. Но я чувствовала себя такой глупой и жалкой. Как испорченный ребёнок со сломанной игрушкой.
Как я могла рассказать кому-либо, что я настолько несчастна? У жителей Огненной земли и так довольно низкое мнение о мягкотелости городских, и если я начну жаловаться, то это только оправдает их представление.
Я немного переместила свой вес и обхватила Преста за талию, пытаясь устроиться поудобнее. По крайней мере, в седле я теперь держусь лучше. Первые пять дней тело ныло так ужасно, что я думала, что умру.
— Гарта?
Прест протянул мягкий мешочек.
— Нет, — спокойно ответила я, пытаясь не дрожать, поскольку мой живот тут же поднял бунт. — Спасибо.
Прест что-то буркнул и засунул кусочек в рот.
Гарт — это разновидность сушёного сыра, очевидно, изготовленного из молока животного похожего на козу. На вид как маленькая белая галька, можно жевать так, размочить в воде или расплавить и полить на мясо. Огненные добавляют его в каждое блюдо. Хранится он без труда и, кажется, никогда не портится. Держат его обычно в мешочке под рукой. И хоть я пристрастилась к местному напитку, каваджу, гарт так и остался мною непонятым. Он невкусный, горький и сухой, как зелёное яблоко в начале весны. А в плавленом виде и с мясом просто отвратителен.
Армия на марше придерживается строгой диеты. Каждый приём пищи включает в себя мясо, гарт и поджаренный хлеб: мелконарезанное тесто бросают в кастрюлю с жиром. Он не такой уж плохой на вкус, но есть его каждый день… ну, я ещё никогда так сильно не ценила Анну за её кулинарные таланты. Или чудеса, которые готовил Маркус, пока мы стояли лагерем у стен города Водопадов.
Но то постоянный лагерь. Конечно, во время путешествия мы разбиваем ночлег, но это совсем другое. У нас больше нет шатра размером в несколько домов, который нужно ставить целый день. Теперь у нас крошечное убежище, в которое можно заползти поспать. Или не поспать, как в моём случае. Я лежала одна в маленькой палатке, завёрнутая в одеяла, и пялилась в потолок. Каждый шорох, каждый шаг проходящего часового, фырканье лошади или кочка на твёрдой земле заставляла меня проснуться и не смыкать глаз большую часть ночи.
Всё было не так плохо лишь когда рядом со мной лежал Кир. По каким-то причинам я могла заснуть в его присутствии. Точнее, признаюсь, в его объятиях. Но у него свои обязанности: он должен проверять разные части войска, что растянулось на целые мили. Поэтому иногда он ночевал не в нашей палатке. Я не видела его последние два дня.
Огненные могли спать и в седле. Но если бы я попробовала провернуть такое же сама, то попросту заболела бы. Огненные, в седле, могли чинить гвозди, точить мечи, спорить и, Богиня помоги мне, вести разговоры.
А это уже отдельная тема. У нас в Кси тоже есть лошади. Меня учили верховой езде в детстве, и я не раз каталась верхом. Но в городе я редко ими пользовалась. Пока конюх подготовит для меня лошадь, я пройду половину нужного мне пути. А с лошадьми нужно беспокоиться к чему бы их привязать и как бы не оставить на долгое время. Я никогда не была очарована этими животными: они лишь средство передвижения и всё.
Но я быстро узнала, что огненные смотрели на своих животных совсем по-другому. Они относились к лошадям как к детям, уважали и ценили их. Одно из худших оскорблений «брэгнект» в переводе означало «убийца жеребёнка». Теперь, когда я узнала значение этого слова, я стала использовать его намного осторожнее.
И точно как гордые родители, огненные имеют привычку говорить о своих лошадях. Постоянно. Одержимо. Они будут обсуждать их уши, гривы и походки, пока мне не захочется кричать. У них семнадцать слов для описания жеребца, и они могут говорить часами о сёдлах. Они любят менять сёдла с помощью стремян, подпруги и подушек, и выяснять преимущества и недостатки. Их мир зависит от этих животных, и первый день меня это пленило. Но затем я быстро устала от лошадей и разговоров о них.
А это уже отдельная тема. Все беседы происходили на открытом пространстве, где вас мог услышать любой. Как я могла судить, у этих людей отсутствовало понятие стыда и частной жизни. Так как-то ко мне подъехал один мужчина и без всякого смущения начал описывать состояние своего кишечника прямо посреди процессии. Нельзя с кем-то поговорить, чтобы вас не услышали.
Впереди раздался крик. Я выглянула из-за плеча Преста и увидела, что один из воинов набросился на другого, валя того на землю. Лошади шарахнулись в сторону, но все просто продолжили двигаться, пока эти двое катались по земле, избивая друг друга. Их лошади отошли в сторону поесть травку, пока всадники решали свои разногласия.
А это уже отдельная тема. У этих людей такой взрывной характер, что они без колебаний нападут на вас за малейшую обиду. Только предоставление символа могло обезопасить того, кто решил произнести оскорбительные слова. В Кси противника можно вызвать на дуэль и иметь возможность подготовиться. Но с этими людьми такой номер не пройдёт.
И вот я, военный трофей военачальника Равнин, объявленная таковой перед нашими народами, удостоенная похвалы и восхищения за готовность отправиться в новое и странное место и стать мостиком между нашими народами. Что они подумали бы, узнав, что я мучаюсь из-за больного живота, голода, усталости, грязи и одиночества, а ещё уверена, что военачальник потерял ко мне интерес?
Я вздохнула и попыталась укорить себя, что я изнеженная горожанка. Я не имела никакого права жаловаться на такие незначительные проблемы. Не нужно выставлять себя дурочкой.
Мой желудок описал очередной кульбит, и я постаралась отвлечься, сосредоточить взгляд на деревьях вдалеке и изо всех сил постараться не закричать.
Жоден был ещё шире, чем Прест, но не таким высоким. Как только я оказалась у него за спиной, то упёрла подбородок в его плечо и посмотрела вперёд, надеясь, что это успокоит живот. Со временем.
— У тебя больной вид, трофей. Ты не беременна?
Богиня, неужели каждый человек в этом войске решил задать мне этот вопрос?
— Нет, — ответила я более резко, чем хотела. — Я в порядке, Жоден.
Он затих на мгновение, а затем покачал головой.
— Нет, тебя что-то беспокоит, трофей.
Низкий голос Жодена, казалось, отзвуком прошёл сквозь его грудь прямо в мои кости.
Я вздохнула. Это человек очень помог мне в прошлом, объяснив значение моего титула. Возможно, он мог помочь мне сейчас.
— Жоден, всё, что рассказывается певцу, ведь не подлежит огласке?
Жоден повернул голову, пытаясь разглядеть моё лицо.
— Да, если рассказано настоящему певцу под небесами. Ты хочешь в чём-то признаться, Лара? В чём-то личном?
Я кивнула.
— Только между нами. Ты никому не расскажешь?
Он развернулся и вытащил пакетик из седельной сумки.
— Я ещё не настоящий певец, Лара. Но слова между друзьями можно рассматривать как личные.
Он достал маленькую связку колокольчиков и наклонился повязать их на гриву своего коня. Теперь нежный перезвон оглашал каждый шаг лошади.
Без лишних слов наездники вокруг нас придержали лошадей и отстали, освобождая место. Я повертела головой и заметила, что никто не выглядит встревоженным, даже не любопытничает, что мы делаем.
— Что?..
— Колокольчики уединения, — понял мой вопрос Жоден. — Их используют, если хочешь поговорить или в чём-то признаться, чтобы тебя не услышали. Колокольчики — просьба на уединение. Разве у вас нет таких?
— Нет. — Я наклонилась вперёд и заговорила тише: — Когда мы хотим остаться одни, то уходим в одну из комнат и закрываем дверь.
Жоден фыркнул.
— На Равнинах тяжело остаться одному. Ты вряд ли найдёшь дверь в палатке. А уж тем более в зимних убежищах. Если услышишь перезвон колокольчиков, значит человек хочет покоя или поговорить с кем-то наедине.
Я задумалась.
— Кир не использовал их в лагере.
— Палатка командира сама собой является личной территорией, военный трофей.
Жоден, казалось, поудобнее устроился в седле.
— Теперь, Лара, между друзьями, что не так?
— О, Жоден. — Я сморгнула слёзы. — Всё намного сложнее, чем я себе представляла!
— А, — кивнул Жоден. — Скучаешь по дому. Это нормаль…
— Нет.
Из горла вырвался всхлип.
— Нет, не в этом дело… — Я сделала глубокой вдох. — Жоден, я просто умираю со скуки!
Администратор запретил публиковать записи гостям.

Элизабет Вон - Военная клятва 08 Июль 2014 05:54 #8

  • gulchi
  • gulchi аватар
  • Не в сети
  • Luero
  • Сообщений: 43
  • Спасибо получено: 2
  • Репутация: 0
ура-ура-ура
:45

успехов в переводе
:flowers

а я буду делать
:coffee
Администратор запретил публиковать записи гостям.

Элизабет Вон - Военная клятва 08 Июль 2014 09:23 #9

  • Сильфида
  • Сильфида аватар
  • Не в сети
  • Luero
  • Сообщений: 39
  • Спасибо получено: 18
  • Репутация: 2
Спасибо за новый перевод!!!! :sun
Администратор запретил публиковать записи гостям.

Элизабет Вон - Военная клятва 08 Июль 2014 09:53 #10

  • Solitary-angel
  • Solitary-angel аватар
  • Не в сети
  • Переводчик, Дизайнер
  • За пределы выйти невозможно потому, что их нет...
  • Сообщений: 3570
  • Спасибо получено: 9289
  • Репутация: 485
So-chan, Nikita поздравляю с началом перевода.

Администратор запретил публиковать записи гостям.
Спасибо сказали: Nikita

Элизабет Вон - Военная клятва 26 Июль 2014 21:00 #11

  • So-chan
  • So-chan аватар
  • Не в сети
  • Переводчик, Редактор
  • Сообщений: 2179
  • Спасибо получено: 4384
  • Репутация: 130
Первая глава была так захватывающе интересна, что я просто получила просто кучу отзывов :39 :5 Да, знаю, я знаю. Вы ждите больше глав. Вот и не пишите.
Администратор запретил публиковать записи гостям.

Элизабет Вон - Военная клятва 26 Июль 2014 21:03 #12

  • Solitary-angel
  • Solitary-angel аватар
  • Не в сети
  • Переводчик, Дизайнер
  • За пределы выйти невозможно потому, что их нет...
  • Сообщений: 3570
  • Спасибо получено: 9289
  • Репутация: 485
So-chan пишет:
Первая глава была так захватывающе интересна, что я просто получила просто кучу отзывов Да, знаю, я знаю. Вы ждите больше глав. Вот и не пишите.


Солнце ты же знаешь, читатели у нас скромные :3 . Хотя новую главку хотелось бы почитать :8
Администратор запретил публиковать записи гостям.

Элизабет Вон - Военная клятва 26 Июль 2014 21:05 #13

  • So-chan
  • So-chan аватар
  • Не в сети
  • Переводчик, Редактор
  • Сообщений: 2179
  • Спасибо получено: 4384
  • Репутация: 130
Ну иногда хочется посарказничать. А во второй главе тоже ничего не происходит (зато романтик). А вот в третьей начнется действие.
Администратор запретил публиковать записи гостям.
Спасибо сказали: Solitary-angel, Nikita

Элизабет Вон - Военная клятва 06 Авг 2014 15:21 #14

  • So-chan
  • So-chan аватар
  • Не в сети
  • Переводчик, Редактор
  • Сообщений: 2179
  • Спасибо получено: 4384
  • Репутация: 130


Я рассказала Жодену всё. Как тяжело заснуть, когда вокруг палатки всё время ходят. Как сильно ноет тело после долгих часов езды каждый день. Как огненные не обсуждают ничего кроме коней, кобыл да жеребят. Их масть, глаза, поступь, холку… часами! Еда… ну она не дотягивала до стандартов Анны, это уж точно.
Мой голос звучал плаксиво, сама удивилась, но это меня не остановило. Я вылила всё своё горе в уши Жодена под перезвон колокольчиков уединения.
И наконец, худший мой страх, я боялась, что Кир потеряет ко мне интерес. К счастью, я не могла видеть лица Жодена, пока делилась своими сомнениями. Кира не было рядом: он постоянно скакал туда-сюда и не всегда возвращался в нашу палатку на ночь. Огненные думали совершенно по-иному, а их женщины все поголовно были стройными, сильными, уверенными в себе и… аппетитными.
Я прислонила лоб к спине Жодена.
— Прости, Жоден. Я не имела ни малейшего права так говорить. Я веду себя словно капризный ребёнок. Я последовала за Киром и сделала это по доброй воле. Просто…
— Ты ожидала иного.
Я почувствовала, как голос рокочет у него в груди.
— Отец часто рассказывал мне о своих походах и приключениях. Как тяжело ему приходилось. Я просто не ожидала, что тяжело и неудобно будет каждый день!
Жоден рассмеялся. Я поначалу обиделась, но не удержалась и рассмеялась вместе с ним.
— Итак, ты планировала стать настоящей равнинницей всего за пару дней? Ты, которая никогда не отваживалась покинуть свой каменный дом, — усмехнулся Жоден.
— Ну, я не думала, что будет легко.
— Ведь так не бывает. — Жоден сместился в седле, и кожа седла скрипнула в ответ. — Если Маркусу приходится исправлять ошибки, то только из-за своей веры, что Кир никогда не ошибается. Ты говорила с Киром, Лара?
— Нет. Я слишком смущена.
Жоден замолк. Своим молчанием он напомнил мне Эльна, когда учитель хотел заставить меня задуматься над своими словами. И когда я задумалась, то вспыхнула от стыда. Это правда, я чувствую, что не могу поговорить с Киром о подобном. Он такой гордый, такой уверенный, такой… совершенный. Как я могу бросить ему мысль, что его военный трофей не такая, как он?
Я тяжело вздохнула.
Жоден слегка повернул голову, словно хотел взглянуть на меня.
— Эта твоя земля, Кси, такая непонятная для нас. Многие признавались мне, что им нелегко.
— Правда?
Я окинула взглядом долину, её холмы и деревья. Небо над головой было кристально-синим, воздух сладок от запаха смятой травы.
— Почему?
— На Равнинах просторы тянутся на целые мили. Ты можешь увидеть, как рождается буря и несётся по травам, неся дождь. — Жоден поднял взгляд на вырисовывающиеся перед нами горы. — Здесь же ты ничего не можешь увидеть, а деревья не дают тебе полюбоваться на звёзды. Это неприятно.
— По твоим словам, Равнины бескрайни, Жоден.
— Бескрайни как сами Небеса, Лара. — Я слышала улыбку в словах Жодена. — У них своя особая красота.
Его голос был полон тихой гордости.
— Но жизнь там тяжела, земля не прощает ошибок. На Равнинах мы принимаем жестокость жизни, но также ценим её свободу, а вкус свободы сладок.
Его тон изменился.
— Кир хочет изменить наши традиции, облегчить тяжести, улучшить жизнь. Но меняться всегда тяжело.
Я переваривала его слова, пока он делал глубокий вдох для продолжения.
— Мы возвращаемся на Равнины, Лара, и обычно наши руки были полны награбленного. Но в этот раз, эта армия, пусть и победоносная, возвращается с военным трофеем. Для нас ты имеешь больше ценности, чем товары и еда. Но воины иногда видят только добычу в руках или отсутствие таковой.
Жоден сделал вдох и продолжил:
— У Кира были взлёты и падения, он волнуется о нуждах своих воинов. Но он также напомнил, что дань с этого похода прибудет позже, когда растает снег. Некоторые работают против Кира и укажут на пустые руки и сумки.
— Ифтен?
Большой светловолосый мужчина с жидкой бородкой, бросивший вызов Киру, не был моим любимцем. Он смотрел на меня, точно на вредительницу.
— Ифтен, — подтвердил Жоден. — Кира недолюбливают и другие, но они не решатся нарушить свою клятву перед военачальником, хотя и не одобряют перемен. — Жоден покачал головой. — В Сердце Равнин нас ждут неприятности.
— Неприятности?
Жоден кивнул.
— Но знаешь что, трофей. Кир объявил тебя своей, и он уважает свою клятву.
— Жоден, я не понимаю, что это значит.
— Вы стали связанной парой, Лара. Как Эпор и Айсдра.
— Что значит «связанные»?
Я вытянула шею, пытаясь разглядеть их в толпе.
— Они связаны клятвой друг с другом, и так будет много лет.
— Я не знала.
— Да, — произнёс Жоден. Его тон напомнил мне об Эльне в те моменты, когда я упускала нечто важное. — Поговори с Айсдрой, Лара. Ты должна спрашивать, когда чего-то не понимаешь.
Он снова повернулся ко мне, и я наклонилась послушать его.
— У Кира свои причины гнать армию с такой скоростью. Он надеется избежать сопротивления, если мы быстро прибудем.
— Сопротивления? Из-за меня?
— Да. Послали гонцов, но Равнины широки. Если повезёт, мы сможем приехать в Сердце Равнин и подтвердить твой титул до того, как стянутся главные противники. Поговори с ним, Лара. Поделись своими страхами. Ты должна рассказать всё это Киру. Мои слова тебя не утешат.
Тяжелов вздохнув, я прислонила голову к его спине и кивнула.
— А что касается остального, ты хорошо справляешься, Лара. Для горожанки. Не бойся. Всё будет хорошо.

***

— Отчего такое кислое лицо, трофей? — спросила Айсдра, пересаживая меня к себе.
— Айсдра, если ещё кто-нибудь погладит меня по головке точно неразумное дитя и скажет не волноваться, я закричу.
Айсдра рассмеялась.
— Не вини их. Для нас любой, кто не носит оружие, ребёнок, и его нужно оберегать и защищать.
Я затихла и задумалась. Айсдра выглядела такой спокойной, такой уверенной в себе. Боюсь, мою уверенность не примут радушно и не будут уважать.
— Айсдра, Маркус сказал, что вы с Эпором связаны.
— Маркус?! — воскликнула Айсдра в удивлении. В следующее мгновение она уже заплела колокольчики в гриву своей лошади, и нас оставили одних. — Трофей, могу я попросить твой символ.
Я заморгала, откинулась назад и нащупала в кармане камень, который привыкла носить с собой.
— Я сказала что-то оскорбительное?
— Нет. — Айсдра забрала у меня символ. — По крайней мере, не для меня. Лара, я расскажу тебе то, что все знают, но никогда не обсуждают. Ты поняла?
— Да, вроде бы. Нечто, что все знают, но не говорят, — медленно повторила я. — Так, люди в Кси избегают обсуждать смерть моего брата. Опасаются моей скорби. Или гнева.
— Да, ты поняла суть, — кивнула Айсдра и сделала тяжёлый вздох. – Лара, Маркус был связан.
— Правда?
Я повертела головой, пытаясь разглядеть Маркуса позади. Его подбородок покоился на груди: видимо, он спал в седле, а лошадь тихонько шла вперёд.
— Но его ухо… — Я запнулась. Его левое ухо сгорело.
Айсдра снова кивнула.
— Да, спираль расплавило вместе с плотью. Я не знаю подробностей, Лара. Только не задавай ему вопросов, будь даже у тебя символ в руках, колокольчики повсюду и военачальник под боком. Все знают, что Маркус взрывается, когда затрагивается эта тема. Мы с Эпором стараемся проявить чуткость, но знаем, что ему больно от одного взгляда на нас. Будем честны с Небесами, я удивилась, когда военачальник объявил нас вашими телохранителями.
— О, Богиня. Её убили, Айсдра?
Айсдра покачала головой.
— Я больше ничего не скажу, Лара. Как говорится, меньше знаешь, да и невежливо иное. Но если хочешь поговорить об узах, я могу посплетничать, как сорока.
Я почти физически ощущала её улыбку, когда она передавала мне символ.
— Расскажи мне об узах.
— Расскажу всё так, как буду учить молодых. Не ради обиды, а ради знания. — Я слышала ритмику в её голосе, она говорила, словно читала лекцию. Она подождала, когда я проникнусь величием момента, и продолжила: — Вот обычай Равнин. После того как рождаются необходимые детки, а на полях стяжается слава, каждому даётся свобода в выборе своего суженого. Узы связывают две души, и несут как боль, так и наслаждение. Как тело и разум работают единым целым, так теперь и эти двое. Это сложнее, чем самая ожесточённая битва, ведь сражение длится часы, но эта работа постоянная и непрекращающаяся. Подстраиваясь друг под друга, связь усиливается и ослабевает с каждым вдохом. Узы редки, но когда они есть, они дарят бесценную радость.
— Нельзя образовать узы, пока не родишь детей?
— И послужить своему племени как воин, нет.
— А, — я облизнула губы, — связанные пары не спят с другими?
Айсдра затихла на мгновение.
— Я слышала, что у ксиан совсем иные традиции и обычаи. Что вы имеете в виду под словом «спят»?
Моё лицо залилось румянцем, но, к моей радости, Айсдра не могла меня увидеть.
— Это значит, что мужчина и женщина вместе и прикасаются друг к другу так, что это приносит обоим удовольствие.
— Ах, вот ты о чём. Тогда да, связанные пары не «спят» с другими.
— Как… — Я пыталась подобрать нужное слово, не зная, хочу ли я услышать ответ на свой вопрос. — Каково это?
Кажется, Айсдра поняла, о чём я спрашиваю.
— Ах, Лара, Эпор — огонь моего сердца.
Она повернула голову, и я за ней. Эпор ехал впереди и чуть сбоку, на расстоянии двух лошадиных крупов. Его светлые волосы отливали золотом на солнце, свет отражался от бусинок и проволоки, оплетавшей ухо. Один из всадников что-то сказал, и Эпор откинул голову и звонко рассмеялся. Я почувствовала, как Айсдра вздохнула и посмотрела вперёд.
— Он красавец, Айсдра.
— О да.
— А у вас была церемония? — поинтересовалась я.
— Можно с ней, а можно и без. Зависит от пары. — Айсдра рассмеялась. — Я пригласила Эпора на танец и озвучила своё желание. Видела бы ты его лицо…
— А у связанных есть дети?
Айсдра снова рассмеялась.
— Ну, у нас точно не будет. Мой лунный цикл закончился давным-давно. — Айсдра склонила голову на бок. — Все связанные немолоды, Лара. Сначала мы должны послужить нашему народу, и только потом вольны выбирать свой путь. — Она сделала паузу. — Это наша последняя кампания.
— Вот как? А чем тогда вы займётесь?
— Эпор хочет пасти скот. А я, наверное, стану тхиэ для маленьких. — Она обернулась и хитро на меня посмотрела. — Возможно, даже стану тхиэ для твоих деток.
Моё лицо снова залилось краской.
— Я не беременна, Айсдра.
Она хихикнула.
— Ты молода, Лара. Кир здоров. Детки будут.
Я прикусила губу от внезапного приступа гнева. Она что, спала с Киром? Я постаралась выкинуть эту недостойную мысль из головы. У них другой склад жизни, и я знала, что у Кира… есть опыт. Но мысль о том, что он делил ложе с другой женщиной, прожигала меня насквозь.
— Поэтому, — продолжила Айсдра. – Мы должны убедиться, что ты в совершенстве знаешь наш язык, и мы избежим ошибок. У нас много слов для описания слова «спать». Давай расскажу, начнём с… — Она замолчала и посмотрела направо.
Я тоже обернулась и увидела, что к нам скачет Кир. В доспехах и с двумя клинками за плечами он представлял собой само воплощение бога войны. Сердце забилось чаще, стоило мне увидеть его тёмные волосы и голубые глаза, в которые я влюбилась с первого взгляда. Даже покрытый пылью и засохшей коркой пота на лбу он был великолепен.
Кир подъехал ближе с виноватым выражением лица.
— Айсдра, если можно нарушить уединение колокольчиков, могу я забрать военный трофей.
Она кивнула и убрала колокольчики из гривы. Мой спаситель подъехал ближе и пересадил к себе, к моему огромному облегчению.
Кир посадил меня перед собой, поперёк седла. Как только я уселась, он страстно меня поцеловал. Поцелуй говорил о голоде, желании и нашей разлуке. Любое сомнение в его чувствах растворилось как дым, стоило теплу разлиться по телу. Я прекрасно понимала, что Айсдра имела в виду под выражением «огонь моего сердца».
Он прервал поцелуй и печально улыбнулся, увидев моё раскрасневшееся лицо.
—Держись, трофей.
Я покрепче обхватила его шею, и он пустил коня рысью, уезжая подальше от армии. Когда за нами последовали мои телохранители, он махнул им рукой. Пока он скакал, у меня было время изучить лицо мужчины, укравшего моё сердце. У меня не заняло много времени узнать, что военачальник Равнин, внушающая всем страх Кошка, Опустошитель и Разрушитель, человек необычный. Иногда, когда Кир кажется жестоким, он на самом деле в душе смеётся. А иногда у него такое странное выражение лица, словно он заметил нечто забавное, но не хочет никому это показывать.
Я пристально изучила его лицо.
— Что тебя так забавляет?
— Обернись.
Заинтригованная его словами, я чуть приподнялась, выглянула из-за его плеча и выдохнула от удивления. У каждого воина была горсть кровяного мха: в волосах, плаще, на лошадях. Из Гила вышел хороший гонец. Все собрали кровяной мох. Я подавила смешок.
— У меня странное чувство, что он для чего-то тебе нужен, — серьёзно произнёс Кир, но в его глазах плясали смешинки. Я не удержалась и рассмеялась во весь голос.
Кир обнял меня и перестал улыбаться.
— Удосужишься рассказать, почему все мои воины понавешали на себя сорняки?
— Это кровяной мох. Целебное растение.
— Об этом я догадался, — ответил Кир, на этот раз на ксианском.
Я закатила глаза и снова рассмеялась. Кир владел моим языком намного лучше, чем я понимала его.
— Моему свирепому полчищу будет трудно вселять страх в сердце врага с сорняками в волосах, — подразнил он.
— Оно очень полезное.
— И чем?
Я рассказала о его использовании и даже предложила порезать себе руку для демонстрации. Кир громко захохотал, но отказался. За всем этим разговором я не обратила внимания, куда именно мы едем, пока Кир не остановил коня.
— Будем надеяться, что в скором времени тебе не понадобится столько мха.
Мы уехали далеко от армии, к огромным зарослям ольхи. Её мелкие листочки уже начали желтеть.
Подошёл воин и придержал коня, пока Кир спешился. Он посмотрел на меня и улыбнулся с надеждой. Его глаза хитро засияли.
— И какую же каверзу задумал военачальник?
Его улыбка стала шире.
— Никакую, трофей. Можно тебя отнести? Нам недалеко.
— У меня есть ноги.
Я стала слезать с лошади, но Кир обхватил меня за талию и медленно опустил на землю. Жест не был неприличным, но мои щёки полыхнули румянцем.
Кир слегка усмехнулся и взял меня за руку.
— Пойдём, робкая ты моя.
Мои ноги всё ещё не зажили, но я могла ходить в мягких туфлях, которые для меня нашёл Маркус. Кир провёл меня сквозь кустарник, удерживая ветки крепкой рукой. Чирикали птицы, но стоило им заслышать наши шаги, как они в страхе улетели. Мы вышли на берег небольшого озера, вокруг которого росли густые заросли жёлтой ольхи. Рядом было расстелено одеяло, на нём лежали разнообразные свёртки. Я едва успела разглядеть полянку, как Кир взял меня на руки.
— Возможно, застенчивый трофей насладится недолгим уединением, купанием и обедом со своим военачальником.
— Что? Без стражи? Только мы вдвоём?
— О, стража есть. — Он посадил меня на одеяло и стал доставать мечи и кинжалы. — За ольхой, вне поля нашего зрения. Если понадобится, я крикну им. — Он положил оружие на угол одеяла в пределах досягаемости. — Ифтен — мой второй. Йерс — третий. Я могу оставить армию на них. А у меня есть дело поважнее.
Покрывало лежало на траве и было очень мягким. Я легла на спину и стала смотреть, как Кир снимает свою кожаную броню, поддоспешник и остаётся в одних штанах. Моё дыхание участилось, и он знал об этом, если только случайная искорка в его голубых глазах имела какую-то подоплёку.
С невообразимой грацией он сел на одеяло рядом со мной.
— О? — Я изогнула бровь. — И что это за важное дело?
Он одарил меня понимающей улыбкой и наклонился прижать к себе. Я охотно подчинилась, обожая чувство защищённости в его объятиях. Кир уткнулся в моё ухо и нежно прошептал:
— Оно требует всё моё внимание.
Свободную руку он запустил мне под тунику и положил на талию. У меня перехватило дыхание от его прикосновения. Я дрожала от желания и ожидания. Над головой Кира танцевала ольха, создавая вокруг нас узор из света и тени.
Оказавшись в его объятиях, я забыла обо всех своих бедах. Всё стало понятнее, проще. Идеальным.
Кир переложил руки мне на спину и осыпал нежными тёплыми поцелуями. Он посадил нас прямо, и только когда через голову перелетела нагрудная повязка, я поняла, что осталась в одних трусах. Я задрожала, и Кир снова обнял и уложил на одеяло. Я с радостью приняла его объятия и стала гладить широкие плечи.
У него была пряная тёплая кожа, и я уткнулось носом за его ухо. Его руки ласкали мои плечи, пока вдруг не остановились над раненой рукой. Я отпрянула и увидела, как Кир провёл пальцами по двум бледным шрамам. Он нежно пророкотал мне на ухо:
— Они хорошо заживают?
— Да.
Эти шрамы остались после нападения, которое спланировал мой брат. Они побледнеют со временем, но воспоминание о предательстве останется с нами надолго. Я никогда не забуду тот страх, а Кир — вину за то, что меня ранили. Я погладила его лицо и запустила пальцы в его волосы.
— Твои ноги?
— Всё хорошо. — Я посмотрела, как его пальцы скользят вниз по талии к моим трусам. — Если мы хотим искупаться, военачальник, то почему лежим на одеяле?
Он наклонил голову и слегка усмехнулся.
— Ну, сначала ведь нужно испачкаться?
Я рассмеялась.
— Испачкаться?
Его руки вновь стали меня гладить, разжигая огонь желания в груди.
— Слово «попотеть» тебе больше нравится?
Он улыбнулся мне, и всё его лицо посветлело.
Я улыбнулась в ответ, наклонила его голову и поцеловала. Он ответил на поцелуй, и в тот момент ольха, солнце и весь мир вокруг растворились. Все мои чувства устремились к нему, сосредоточились на прикосновениях его кожи.
Его пальцы скользнули под мои трусы и очертили изгиб бедра. Я провела ладонями от его ладони до плеча. Он сощурил глаза и уткнулся в шею, осыпая её лёгкими поцелуями вниз, до линии груди. Провёл языком по ключицам, лишая меня шанса вздохнуть.
— Кир, — прошептала я, боясь сказать большее, желая, чтобы он продолжал. По волшебному мановению, мы остались обнажёнными, и его ноги переплелись с моими ногами. Я провела стопой по его ноге, царапая кожу ногтями. Кир застонал и поймал мою ногу своей большой ладонью и закинул себе на бедро. Он продолжал дразниться, отказывая мне в контакте, которого я так жаждала.
Вместо него он погладил моё лоно, отвечая на мои движения и крики, даря наслаждение. Конечно, я наслышана историй о мужчинах, которые получают удовольствие сами и ничего не дают взамен. Но моего возлюбленного моё блаженство волновало также сильно, как и его собственное. Богиня знает, Кир был опытен, и я старалась не думать, как он столькому научился. Каждое наше занятие любовью он доказывал, что его руки, искусно орудующие смертоносными клыками, могут играть на моём теле, оставляя меня бездыханной, но желающей большего. И этот раз не стал исключениям: я закричала и вцепилась ему в руки, погружаясь в чистое удовольствие.
Когда я вернулась в сознание, он перекатился на спину вместе со мной и распластался подо мной точно одеяло. Теперь пришла моя очередь ласкать и дразнить, использовать его техники против него же. Он охотно позволил мне исследовать его тело, ничего не запрещая и поощряя мои робкие прикосновения. Как целитель я знала мужское тело, но смотреть, как оно отвечает на ласки, совершенно другое. Я старалась вернуть ему любезность, и его стоны и движения придавали мне сил и смелости. Мой дикарь-военачальник ахнул и задрожал подо мной, и это доверие окутало теплом моё сердце.
И так мы любили друг друга под приютом ольхи, и наши кожу целовало солнце, и плясали тени. И когда Кир вошёл в меня, это было больше, чем просто физическое соединение тел. Наши сердца и души слились в драгоценном моменте разделённой страсти. На мгновение мы с Киром стали единым целом, и окружающие нас элементали наполнились светом и радостью. После мы жадно ловили ртом воздух, цепляясь друг за друга, и, надо признать… вспотев.

***

Солнце слегка сместилось, прежде чем мы фактически вошли в воду. Кир протянул руку, чтобы помочь мне спуститься. Поначалу вода показалась мне холодной, но в глубине, если зайти по пояс, она была теплее.
Кир нырнул и исчез из вида. Я стала ждать, когда он всплывёт на поверхность, но не дождалась. Стоило мне забеспокоиться, как что-то схватило меня за лодыжку. Но не успела я крикнуть, как Кир со смехом всплыл передо мной, жадно делая вдох.
— Кир! — крикнула я, вытирая воду со своего лица и смеясь против желания.
Он усмехнулся и пошёл на берег только, чтобы захватить для меня брусок душистого ванильного мыла. Я поблагодарила его и стала намыливать руки.
Кир подошёл ближе. Вода струилась потоком с его тела.
— Дай помогу.
Я бросила на него хитрый взгляд.
— Честное предложение, раз я вспотела из-за тебя. — Он потянулся за мылом, но я не дала. — Но если ты поможешь мне, мы никогда не выйдем из воды.
Он изогнул губы в усмешке.
— Не вижу проблемы, трофей.
Я рассмеялась. Кир поймал меня и смачно поцеловал. Я провела мыльными ладонями по его груди. Он забрал у меня мыло, и вскоре мы умирали от смеха, дразня друг друга, как над водой, так и под ней.
В конце концов, Кир рыкнул и страстно меня поцеловал.
— Знаешь, что есть лучше этого, Лара?
Я чмокнула его в нос.
— Что?
— Еда.
Он отпустил меня и пошёл к берегу, а затем обернулся с озорной усмешкой. Я не смогла сдержать смех.
Я погрузилась в прохладные воды, полная решимости отмыть каждый сантиметр кожи и волос до кристальной чистоты. Мыться из ведра в крошечной палатке не особо легко и приятно. Конечно же, огненные просто прыгают в воду голышом, в любую воду, которую найдут, при любой возможности, и моют друг друга. Может, мне мыться с колокольчиками? Я всплыла на поверхность, смеясь от этой идеи.
Даже моя волосы, я всё время оглядывалась на Кира. У огненных нет понятия стыда, и хотя это меня сильно смущает, иногда я ценю плюсы подобного: к примеру, то, что Кир загорал голым. Проникающий сквозь листву свет плясал на его крепкой спине. Кир достал свёртки из седельных сумок и положил на одеяло. Лучше не отвлекаться и наконец-то помыть мои непослушные кудри. Я не обращала внимания, чем занимается Кир, пока не почувствовала до боли знакомый запах.
Я перекрутила волосы, стараясь выжать как можно больше воды.
— Кир? Ты достал хлеб?
— Подойди и увидишь, — ответил он. Он стоял на берегу с запасным одеялом и сухой тканью. Я подплыла к берегу и задрожала на ветру. Кир завернул меня в одеяло, поцеловал и отнёс к «гнёздышку», которое для нас приготовил.
— Это хлеб, — выдохнула я, устроившись на одеяле. Я взяла ткань и обернула вокруг головы. — Где ты?..
— Сэл закупала нам провизию, и жена фермера поинтересовалась с нами ли ты. — Кир взял буханку хлеба и оторвал ломоть. — Видимо, она волновалась, что тебя плохо кормят.
Он протянул мне ломоть и кувшин масла. Мой рот оросился слюной. Я взяла протянутый нож, щедро намазала хлеб маслом и надкусила. Закрыла глаза от удовольствия и стала жевать. Вкус хлеба с масло напоминал мне о доме.
— Это ещё не всё.
Я открыла глаза и увидела запечённую курицу, наливные яблочки и кувшин холодного эля. Я улыбнулась Киру и оторвала куриную ножку. Кир взял вторую.
Мы поели, облизали пальцы и передали друг другу кувшин. Кир разрезал яблоки на маленькие ломтики. Они хрустели во рту, кисленькие и сладкие. Эль был лёгким, холодным и горьковатым. Вскоре мы обглодали мясо до костей и смели всё до единой крошки.
Сладко вздыхая от удовольствия, я подошла к воде помыть руки, вернулась к одеялу и достала из своей сумки гребешок и бутылочку с ароматом ванили. Масло поможет справиться с колтунами. Кир выбросил кости и яблочные черенки в кусты. От масла и хлеба не осталось ни капли и ни крошки. Кир помыл руки и достал штаны из сумки. Я понимала, что он оделся для моего удобства, а не своего.
Он лёг ко мне на одеяло и, оперевшись на локоть, стал смотреть, как я расчёсываюсь. Волосы ещё не высохли, и я с трудом продиралась сквозь свою гущу. Солнце всё ещё танцевало сквозь листву, но ветер стих. Внезапно тяготы последних нескольких часов показались какими-то далёкими. Я улыбнулась своим страхам. Удивительно, как простая ванна и еда могут поднять дух.
— Маркус сказал мне, что ты говорила с Жоденом при колокольчиках. Тебя что-то тревожит, Лара.
Я не взглянула на него.
— Со мной всё хорошо. Просто у меня возникло несколько вопросов…
— Посмотри на меня.
Голос Кира был властен, и я повиновалась, слегка обидевшись, что он мне приказывает.
— Тебе тяжело, — тихо произнёс он и пристально посмотрел на меня. — Маркус сказал, что ты изо всех сил стараешься привыкнуть. — Кир закатил глаза. — Я получил разнос за то, что подверг тебя невыносимым мукам.
Я улыбнулась, прекрасно понимая, насколько остёр у Маркуса язык.
— Ты меня не мучаешь. Я всё выдерживаю.
— Прости меня. — Кир перекатился на спину и положил руки на грудь. — Я хотел бы ехать медленнее, но не могу. Нам нужно добраться до Сердца Равнин как можно быстрее.
— Жоден пытался это объяснить, но я не уверена, что всё поняла.
Кир повернул голову и посмотрел на меня своими голубыми глазами.
— Я отправил гонцов к старейшинам в Сердце Равнин в ночь, как объявил тебя своим трофеем. Они пошлют своих гонцов и призовут других старейшин и жрецов-воинов. Церемония начнётся по нашему прибытию, под открытыми небесами, чтобы видели всё. Если поспешим, церемония пройдёт до того, как все соберутся. Именно это я пытаюсь избежать.
— Они могут не признать меня?
Я слегка подалась вперёд, и одеяло, которым я укрывалась, соскользнуло.
Кир посмотрел на меня, но не в глаза.
— Я не хочу говорить о будущем, Лара. — Его взгляд стал грустным, а голос хриплым. — Совсем. — Он перекатился на бок и дёрнул моё одеяло. — Лучше воспеть, как солнце пляшет на твоей коже. Аромат ванили. Лучики солнца, ставшие пленниками в твоих волосах.
Залившись краской, я опустила гребень и подвинулась к Киру, позволяя ему сбросить с меня одеяло. Он прищурил глаза и крепко прижал к себе. Уткнулся носом в мою шею и провёл рукой до самых ягодиц.
— Мы так долго не виделись, Лара. Я соскучился по твоим прикосновениям, жару…
Я зевнула во весь рот.
Кир отпрянул и посмотрел мне в глаза. Я моргала и едва могла держать веки открытыми от усталости. Кир покачал головой и уложил меня рядом с собой, опуская голову на своё плечо.
— Спи, Лара.
— Кир, давай не будем нарушать эту идиллию. Я могу поспать позже…
И я снова зевнула.
— Но ты не захочешь и не сможешь заснуть? — Он гладил меня по спине, нежно массируя кожу. — Положи голову и закрой глаза, Лара. Я буду рядом, оберегая твой сон.
Я снова зевнула. Тепло его тела и сытный обед взяли надо мной верх. Кир усмехнулся, когда я расслабилась, и почувствовала, что он укрывает нас одеялом. А дальше я уже ничего не помнила, так как провалилась в сон.
***

Я проснулась от странного ощущения, что что-то теребит мои волосы. Кир лежал рядом, положив руку мне на бедро. А тянула мои разметавшиеся по покрывалу локоны сорока-воровка. Папа рассказывал мне об этой чёрно-белой птичке, которая ничего и никого не боится, и готова украсть всё, что попадётся ей в лапки. Птичка наклонила голову, посмотрела на меня и снова дёрнула за локон, стараясь его оторвать.
Кир махнул рукой, и птичка улетела, «жалуясь» на то, какие мы плохие. Я почувствовала, что Кир уткнулся мне в шею, и тихо замурлыкала от удовольствия.
Кир улыбнулся.
— Ты чудесно пахнешь.
Я слегка повернулась и улыбнулась, глядя прямо в его голубые глаза. Кир обхватил рукой мою грудь, и я застонала от этого простого прикосновения.
— Одно твоё прикосновение, и я готова взмыть к небесам.
— А кто сказал, что прикосновение будет только одно, — прошептал он.
Я поцеловала его, готовая к ласкам и желая большего, как идиллию нарушил оглушительный топот. Множество лошадей проламывалось сквозь кустарник. Воины звали Кира.
Кир вскочил на ноги, выхватив меч. Я кинулась за одеялом, пытаясь прикрыться.
— Военачальник! — раздался высокий и напряжённый голос за кустарником. — Разрешите доложить.
— Какие вести?
Кир вложил меч в ножны и стал собираться.
— Восстание, военачальник!
Администратор запретил публиковать записи гостям.

Элизабет Вон - Военная клятва 06 Авг 2014 17:03 #15

  • So-chan
  • So-chan аватар
  • Не в сети
  • Переводчик, Редактор
  • Сообщений: 2179
  • Спасибо получено: 4384
  • Репутация: 130
Как думаете, кто восстал? Ваши предположения. :dancing:
Администратор запретил публиковать записи гостям.

Элизабет Вон - Военная клятва 06 Авг 2014 18:36 #16

  • Nikita
  • Nikita аватар
  • Не в сети
  • Редактор
  • Сообщений: 32
  • Спасибо получено: 30
  • Репутация: 5
So-chan пишет:
Как думаете, кто восстал? Ваши предположения. :dancing:
Я так предполагаю, что опять Ифтен
Администратор запретил публиковать записи гостям.

Элизабет Вон - Военная клятва 06 Авг 2014 18:50 #17

  • So-chan
  • So-chan аватар
  • Не в сети
  • Переводчик, Редактор
  • Сообщений: 2179
  • Спасибо получено: 4384
  • Репутация: 130
Nikita пишет:
So-chan пишет:
Как думаете, кто восстал? Ваши предположения. :dancing:
Я так предполагаю, что опять Ифтен

А смысл именно сейчас?
Администратор запретил публиковать записи гостям.

Элизабет Вон - Военная клятва 06 Авг 2014 19:40 #18

  • Nikita
  • Nikita аватар
  • Не в сети
  • Редактор
  • Сообщений: 32
  • Спасибо получено: 30
  • Репутация: 5
А кто его знает, недовольных кроме него вроде как и не было. Значит, для нас это должно стать неожиданностью. Ты же всё равно, хитрюга, не скажешь кто это!!!!!!!!!!! :5
Администратор запретил публиковать записи гостям.

Элизабет Вон - Военная клятва 06 Авг 2014 20:03 #19

  • So-chan
  • So-chan аватар
  • Не в сети
  • Переводчик, Редактор
  • Сообщений: 2179
  • Спасибо получено: 4384
  • Репутация: 130
Жоден сказал, что недовольные есть. Просто они не дураки и понимают, что нарушат присягу, восстав против Кира во время кампании. А вот в Сердце Равнин... есть недовольные, обличенные властью.

Конечно, не скажу. No spoilers.
Администратор запретил публиковать записи гостям.
Спасибо сказали: Solitary-angel

Элизабет Вон - Военная клятва 09 Авг 2014 20:20 #20

  • Cerera
  • Cerera аватар
  • Не в сети
  • Администратор
  • Сообщений: 2046
  • Спасибо получено: 2081
  • Репутация: 60
So-chan пишет:
Маркус выгнул бровь над оставшимся глазом и поинтересовался, будет ли факт, что впоследствии у меня заболели ноги, включён в первый стих или второй.
Маркус в своем репертуаре :smile
So-chan пишет:
Он получил ужасные ожоги в прошлом и остался изуродованным, лишившись левого глаза и полностью левого уха. Поэтому Маркус всегда выходил из шатра, плотно укутавшись в плащ, чтобы небеса не оскорбились его шрамами. Ещё одна сторона этих людей, которую я не понимала.
Я тоже %)
So-chan пишет:
Рэйф пожал плечами.
— А вам не легче собрать самой?
Я закатила глаза от расстройства.
— Маркус не остановится!
Рэйф звонко рассмеялся, а Прест схватил повод нашей лошади. Маркус горько воскликнул, но Прест увёл нас с дороги.
Вот как все решается) Маркус не пустит так позовем других))
So-chan пишет:
Бедному Гилу пришлось чистить рану с нависающим над плечом сердитым и взволнованным военачальником Равнин, следящим за каждым его движением.
Точно бедный :joke
So-chan пишет:
— Колокольчики уединения, — понял мой вопрос Жоден. — Их используют, если хочешь поговорить или в чём-то признаться, чтобы тебя не услышали. Колокольчики — просьба на уединение.
О как интересно.
So-chan пишет:
— О, Жоден. — Я сморгнула слёзы. — Всё намного сложнее, чем я себе представляла!
— Ах, — кивнул Жоден. — Скучаешь по дому. Это нормаль…
— Нет.
Из горла вырвался всхлип.
— Нет, не в этом дело… — Я сделала глубокой вдох. — Жоден, я просто умираю со скуки!
:39
So-chan пишет:
— Отец часто рассказывал мне о своих походах и приключениях. Как тяжело ему приходилось. Я просто не ожидала, что тяжело и неудобно будет каждый день!
А как, через день?)
So-chan пишет:
Кир вложил меч в ножны и стал собираться.
— Восстание, военачальник!
Ну что за люди, не дадут и дня провести вместе.

Девочки, спасибо большое за продолжение!!!
Администратор запретил публиковать записи гостям.
Спасибо сказали: Nikita